№ 23 – 2005

 

The Editorial Board is glad to inform our Readers that this issue of “FIDELITY” has articles in French, English, Spanish and Russian Languages.

С удовлетворением сообщаем, что в этом номере журнала “ВЕРНОСТЬ” помещены статьи на английском, французском, испанском и русском языках.

Contents  - Оглавление

   

1.   Ответ на Эссе "Давайте будем реальны" О. А. Лебедева. Прот. А. Дункан

2.  "Le moment de l'union des deux parties de l'Église russe est venu"

3.  "Avec l'aide de Dieu – tenez ferme et soyez audacieux!" Catherine Raevsky

4.  "Гонения Православных Христиан в РФ". Г.М. Солдатов

5.  "Ренегатство Епископа Евтихия". Г. М. Солдатов

6.  "В.Путин ускоряет темпы по присоединению РПЦЗ(Л) к МП". В. Шумило

7 "Anathemas and Fr. J. Shaw".  Vladimir Moss

8.  "La Ley de Dios".  Metropolitan Philaret

9.  " Послание Первоиерарха РПЦЗ Митрополита Филарета"

10.  " Русь торжествующая". В.П. Виноградов

********************************************************************************************************

 

Ответ на эссе «Давайте будем реальны», отца Александра Лебедева

Личные размышления протоиерея Алексея Дункан

 

    В первом параграфе Отец Александр говорит, что докуметы, составленные комиссиями Русской Православной Церкви Зарубежом и Московского Патриархата, были утверждены. Далее он утверждает, что эти документы выражают в настоящее время официальную позицию обеих Церквей. Конечно, это неправда. Документы были составлены и поданы Синоду Епископов. Синод Епископов одобрил работу Комиссий и принял их. И это всё. Объявлять, что эти документы действительно выражают мысли и желания Синода, поменьшей мере, вводят в заблуждение. Они просто приняли этот документ. Никакого решения о документе, или как он будет воспринят в процессе объединения, не было принято. Фактически, Синод может даже вовсе не принять этот документ во внимание, если таково будет его желание. Никакие решения не будут приняты до окончания Всезарубежного Собора и, следующего ему, Заседания Синода. Ясно, что они являются лишь рабочими документами, а не волеизъявляющими  до тех пор, пока не будет вынесено решение.

     Отец Александр пишет, что те, кто «упрямо» стоят против объединения, остаются при своём мнении, а те, кто за него тоже не меняют своей позиции. Это вносит неверное предположение, что очень немногие, почти никто, в Зарубежной Церкви не против объединения. Это требует разъяснения. Кто-то даже намекал, что если кто-то не примет настоящих документов, он будет считаться нелояльным и непослушным нашему дорогому Митрополиту. Это попытка оттеснить любого несогласного с заключениями Комиссий. Нет, на самом деле, мы все поддерживаем объединение. Думать иначе не достойно христианина. Тем не менее, мы не за объединение любой ценой.

     Отец Александр обращается к тем, кто критикует комиссии за скрытность.  Действительно я слышал от многих, разумно рассуждающих, подобные замечания. Совсем не удивительно, что Комиссии должны были держать рабочие документы конфиденциальными. Все это понимали. Думаю, что волновала скорее кажущаяся скрытность. После Наякского собрания, где вопросы так явно заранее были предрешены и повестка дня поспешно принята, люди были озабочены тем, что вопросы были приняты без надлежащего обсужения и не прислушиваясь к мнению всей паствы. На Наяксом собрании было ясно, что большинство священников было глубоко озадачено идеей объединения. Они хотели более глубокого объсуждения этой важной проблемы и высказывались против объединения на тех условиях, на каких оно было им представлено. Даже и сегодня большинство нашего священства хочет приостановить поспешное сближение с Москвой.

     Кое-кто утверждал, особенно по интернету, что значительное большинство Зарубежной Церкви желает объединения, и только горстка «изоляционистов», как их величает отец Александр, против унии. Это не так. В течение прошедшего года я старался оценить степень этого расхожделения. На поверку получается, что большинство противится поспешной и преждевременной унии. Вся южная Америка против. Значительное большинство  священников в Австралии против. Значительное большинство священников в Канаде против. Большинство священников восточно Американской епархии против. И только епархиями, твёрдо стоящими за преждевременное объединение, являются западно-побережная, средне-западная и Европа.  Даже и в этих трёх епархиях тенденция далеко не единогласная.  Хочу ещё указать на заблуждение, что всё так думающее  духовенство против переговоров и диалога. Это не так. Я не знаю ни одного священника, который бы был против диалога. Большинство из нас против договора об унии, который  игнорирует глубокие вопросы, касающиеся Веры, а именно: сергианства, экуменизма и наших будущих отношений с модернистами. Кроме того исключительно важен вопрос статуса РПЦЗ. Разрешите мне перейти именно к этому вопросу.

     Мы всегда думали, что РПЦЗ является частью всей Русской Православной Церкви, включая и порабощённую Церковь в Советском Союзе и Катакомбную Церковь. Матерью Церковью считалась дореволюционная Церковь Патриарха Тихона до каких либо разделений.  Несколько лет тому назад я выразил это мнение по интернету и получил похвалу от отца Георгия Ларина, который сказал, что, по его мнению, я понимаю этот вопрос лучше, чем русские священники, которые начинали заигрывать с Москвой.  Никогда наши епископы не называли Московскую Патриархию Матерью Церковью. Правда, что иерархи, именно блаженной памяти Архиепископ Виталий, часто упоминали Мать Церковь. Имели ли они ввиду при этом Московкую Патриархию? Нет. Вот, что он писал:

     Патриархия нарушила важный догмат Христианской Церкви, и отвергла Её основную миссию духовно возрождать человека, и заменила её служением безбожным целям коммунизма, что противоестественно Церкви. Это отступничество хуже всех прежних Ариан, Несториан, Иконоборцев, итд.  И это не личный грех того или иного иерарха, но основной грех Московской Патриархии, утверждённый, объявленный и подкреплённый клятвой перед миром.  Это, собственно говоря, догматизированная апостасия.

     (Это не дословная цитата, а перевод на русский язык с перевода на английский).

     После сего следует непременно сказать о нашей истинной Матери, Русской Православной Церкви Зарубежом. Величайшее уважение заслуживает она. В страшнейшие годы после русской Революции, можно сказать, что РПЦЗ одна  во всём мире, свидетельствовала о порабощении наших братьев безбожными большевиками. И как Израиль странствовал через пустыню, ища Божиего благословения, так и мы, ведомые новым Моисеем, Митрополитом Антонием Храповицким, с множеством иерархов, священников, мужчин, женщин и детей, претерпевали зной и мороз только, чтобы оставаться верными. Это не была просто политическая иммиграция, а рука Божия, ведущая Свою Церковь. Может ли это быть, что эта горстка борцов духовных просто ошибалась и страдала ни за что? Были ли их непрестанные молитвы напрасны? Действительно ли они оставили свою законную Мать? Нет, упаси нас Боже думать так.

     Все последние восемьдесят лет наша РПЦЗ почти одна оставалась исповедницей истинного Православия. Было бы, конечно, легче сдаться и влиться в мировое Христианство. Наши возлюбленные иерархи не пошли этим путём. За это их называли раскольниками, и неканоничными, и высмеивали их те самые церковные подразделения, с которыми мы теперь ищем мира. С кого начать перечислять таких светочей как Архиепископ Аверкий; как такой пламенный проповедник как Архиепископ Леонтий; такой горячий защитник святоотеческого понимания, как Епископ Андрей, последователь Оптинских Старцев; как Митрополит Филарет, чьи нетленные мощи свидетельствуют о его неуклонной позиции; как Епископ Нектарий, кроткий и возлюбленный пастырь душ; как Архиепископ Виталий «Авва рассеяния»; и,  конечно, Св. Иоанн Шанхайский, чьи аскетические труды сподобили его к дерзновенному предстательству за нас.  Никакая другая Церковь в наше время не в состоянии представить такое славное наследие. Никакая другая поместная Церковь не прославила столько святых. Это наша Мать и наша Питательница во времена, быть может, самые беспокойные, какие история когда-либо знала. Как это может быть, что работой «комитета» славное свидетельство РПЦЗ будет «обесценено», как свидетельствуют об этом документы, и мы погрузимся в посредственность, которое называется модерное Православие?

     Наша Мать святая. Она ковчег нашего спасения. Она одна сохранила Русское Православие в годы испытаний на родине, когда наши соотечественники не могли этого сделать. Она одна создала и окормляла сотни приходов и монастырей и обществ.  Она одна сохранила Святые места на Святой Земле «лептой вдовы».  Мне не верится, что мы теперь просим каноничности от Иерархии, неканонично созданной и внесшей раскол Тела Христова.  Нас заставляют снискать автономию от Московского Патриархата! Мы теперь должны  получать Святое Миро от Московского Патриархата!  Такое действие утвердит ложное каноническое положение Московской Патриархии, что она одна является Матерью Церковью.  Она не разделяет нашего понимания, что Русская Церковь состоит из трех частей.  Она считает нас раскольниками, которые должны вернуться в её лоно.  В таком устройстве нет равенства. РПЦЗ, принимая такие документы допускает, что мы неравные с Московской Патриархией и духовно и канонически стоящие в подчинении. Чтобы стать каноничными, мы должны склониться под Её омофор. Спрашивается: «Кто наша Мать?»

     Документы, как они написаны, стремятся успокоить тех, кто боится подчинения РПЦЗ Патриархату. Кажется, что документы гарантируют независимость Её во всех действиях. Но желаем ли мы независимости?  В конце концов, если Московская Патриархия действительно является Матерью Церковью, зачем нам вообще желать независимости от Неё? Это действительно странно. Если ошибки Патриархата устранены и покаяние в Сергианстве и экуменизме принесено, то, мне кажется, мы были бы обязаны полностью слиться с Патриархатом.  Мы бы вернулись к нашей Матери и были бы неразлучны с Ней. Нет, что-то здесь, как говориться, не сходится.

     Признать авторитет Патриархата (с видимыми знаками подчинения в получении Святого Мира от Неё) значит признать, что Она всегда была Матерью Церковью, и мы незаконно отошли от Неё.  Нас полагается теперь «упорядочить» или, как принято говорить на хорошем советском языке,  «реабилитировать».  Тогда мы будем признаны всеми пометными Церквами и мы станем каноничны. Я сомневаюсь, что кто-либо из наших предшественников принял бы такие условия, тем не менее таковые единственно возможны по содержанию и условиям, выраженным в документах.

     Отец Александр пишет:

     «Иные, кто критикуют документы, особенно об отношениях Церкви с государством, нападают на них за то, что они открыто не критикуют лично Митрополита Сергия.  Как будто очернение Митрополита Сергия является самым важным.

     Все здравые мнения, которые я слышал, не осуждали Митрополита Сергия.  Он был тоже просто человек как и все, может быть более эрудированный. Я уверен, что будь я в его положении, я бы хуже поступил. Однако,  решения митрополита Сергия неумолимо связаны с ним. Говорить туманно о «раболепстве» перед безбожными властями, не называя имён и не указывая времени, было бы сбиванием людей с толку. Чтобы честно представить террор двадцатых годов в России, мы обязаны признать, что Митрополит Сергий был тем проводником, который осуществил подчинение Церкви Советскому правительству. Это просто исторический факт, не осуждение личности. Цитируя отца Александра от 1997 года, мы читаем:

 

     «Класть поклоны и испрашивать прощения у паствы в Прощёное Воскресение не является чем-то особенным – это чин богослужения, который каждый епископ и священник исполняет. Гораздо действеннее было бы его (Патриарха АлексеяII) поддержка полного отказа от экуменизма, открытое прославление всех новомучеников, полный отказ от Сергианства (т.е. понятия, что можно лгать, для «спасения Церкви»), и полное размежевание МП от любых тёмных деловых предприятий, особенно тех, в результате которых отравляются миллионы граждан (т.е. ввоза  под покровительством Церкви буквально миллиардов сигарет).»

 

Далее отец Александр утверждает:

     «Кажется, что некоторые люди не успокоятся, пока останки Митрополита Сергия не будут вскрыты и сожжены посередине Красной Площади, и весь клир Московской Патриархии не поставят на колени на битое стекло, избивая их колючей проволокой.»

 

     Я люблю сарказм, а в этом случае преувеличенную гиперболу, и нахожу его очень интересным, если он умно преподнесён (здесь оно не так). Однако, мы видим очень фальшивый упрёк, брошенный на всех, кто несогласен с оценкой отца Александра документов. Здесь уместны будут слова Митрополита Антония. Он пишет своему бывшему ученику Митрополиту Сергию.

 

     Умоляю Васъ, какъ б. ученика и друга своего: освободитесь отъ этого соблазна, отрекитесь во всеуслышанiе отъ всей той лжи, которую вложили въ Ваши уста Тучковъ и др. Враги Церкви, не остановитесь передъ вероятными мученiями. Если сподобитесь мученическаго венца, то Церковь земная и Церковь небесная сольются въ прославленiи Вашего мужества и укрепившаго Васъ Господа, а если останетесь на томъ пространномъ пути, ведущемъ въ погибель (Мф. 7, 13), на которомъ стоите ныне, то онъ безславно приведетъ Васъ на дно адово и Церковь до конца своего земного существовонiя не забудетъ Вашего предательства.

     Объ этомъ я мыслю всегда, когда взираю на подаренную мне Вами 20 летъ тому назадъ панагiю Владимiрской Божiей  Матери съ выгравированной надписью: «Дорогому учителю и другу». Дальнейшiя слова этой надписи отмечены Вами такъ: «Дадите намъ отъ елеа вашего, яко светильницы наши угасаютъ» (Мф. 25, 2)

    Вотъ мы предлагаемъ Вамъ спасительный елей веры и верности Св. Церкви, не отвергайте же его, а возсоединитесь съ нею, какъ въ 1922 году, когда Вы тпржественно заявили Патриарху Тихону свое раскаянiе въ бывшемъ колебанiи Вашей верности. Не отвергайте же дружескаго призыва сердечно любившаго Васъ и продолжающаго любить

                                                           Митрополитъ Антонiй

6/19  мая 1933 года.

 

     Далее отец Александр переходит на мысль, что все, кто не согласны с его выводами, может быть не понимают «людей, которые 80 лет терпели тоталитарный гнёт». Во первых, это намекает на то, что несогласные с ним люди либо недостаточно образованы, либо не вооружены собственным опытом, либо не изучали социальных изощрений сурового коммунистического експеримента. Думаю, что есть много разных подходов к этому вопросу. Действительно мы должны признать, что мы все, включая и отца Александра, печально и совершенно не осведомлены о переживаниях этих людей. У нас нет базы, на которой основывать наше мнение, положительное или отрицательное, о пережитых ими трудностях.  В моём приходе по крайней мере большинство новые иммигранты. Общаясь с ними ежедневно, я понимаю, что у меня нет настоящего понимания пережитых ими трудностей.  Но, по сути говоря, это не касается нашего вопроса, не правда ли? Сам отец Александр пишет:

 

     «Неоспоримым фактом является то, что после Октябрьской революции Советский Союз пытался взять под контроль Русскую Православную Церковь. С самого начала находились священники, согласные полностью сотрудничать с Советским правительством, включая доносительство об «анти-советской» деятельности других священников, Что неотвратимо вело последних  к репрессиям (расстрелу, заключению в концлагерь или в ссылку). Существуют документы, ныне опубликованные, которые свидетельствуют, что Ленин прекрасно знал о существовании таких и указывал своим последователям широко использовать этих «лояльных» священнослужителей любыми способами для укрепления советского режима. С самых ранних времен Советское государство пыталось создать совершенно послушную церковную структуру. Их первая попытка, «Живая Церковь», не удалась, когда большинство паствы просто её не приняла. Раннее Советское правительство подвергло Патриатрха Тихона сильнейшему давлению, против которого он устоял, не предав Веру. После его смерти в 1925 году, Советское правительство создало, так называемый, «Григорианский каскол», ещё одну полностью послушную структуру.  Наконец, в 1927, Митрополит Сергий, Местоблюститель Патриарха Московского, издал свою «декларацию», совершенно поставившую Церковь в подчинение Советскому правительству. Беда была не столько в  словах  Декларации, как в том, что Митроп. Сергий допустил Советское правительство править выборы,  назначения епископов и прочего клира (чего никогда не допустил бы Патриарх Тихон), и, что ещё хуже, он начал открыто и недвусмысленно лгать о действительном положении Церкви в России (начиная с Декларации, в которой он буквально благодарит Советское правительство за их  благосклонную заботу о Церкви и верующих – когда в то же самое время десятки тысяч церквей насильно закрывались, и когда расстреливали и ссылали десятки тысяч свяшеннослужителей, монахов и монахинь).»

 

     Здесь мы затрагиваем два понятия, которые перекликаются, но при том совершенно отдельные. Понятия эти: социологическое и богословское. С точки зрения социолога мы можем полностью согласиться со всем, что отец Александр написал.  Люди в прежнем Советском Союзе, включая священников и иерархов, должны были идти на компромисс, чтобы уцелеть.  Фактически мы поступаем так же и здесь в Америке, только, может быть, не столь катастрофически.  В конце концов, мы не празднуем столь нелепым образом наш день Независимости, когда мы восстали против законного правительства?  И тем не менее, наш незаконный акт не ослабляет нашего патриотизма.  И с правом.

     С богословской точки зрения мы должны проверять всё  критерием  верности Православию.  Иными словами, группа людей, даже массы или целая нация, могут иметь глубокие психологические или социологические оправдания на поступки, и всё-таки быть обязанными признать ошибку.  Это не нелепость.  Потому многословное оправдание отца Александра  восьмидесятилетним гнётом незаконных церковных действий не состоятельно.  Мы можем понять ужасающие решения и компромиссы, допущенные в прошлом, но теперь мы должны признать, что они были ошибочны и явить видимый и искренний отказ от этой ошибки.

     Отец Александр правильно отмечает, что средний русский обыватель, и клирик и мирянин, видит в Митрополите Сергии приемника Св. Тихона и законного наследника Патриаршего престола.  Это понятно, так их этому учили.  Но их убеждение, что он законно занимает этот пост, не делает это истиной.  Либо это истина, либо нет.  Наша РПЦЗ нас всегда учила, что он незаконно занимает этот пост.  Потому мы в недоумении. Не является ли это спорным вопросом, который наши Комиссии должны обсуждать?  Разве не в этом суть всего дела?  Не в том дело, что нацисты вторглись или батальоны танков выступили против агрессора Второй мировой войны. Это вопросы, касающиеся социологического понимания новейшей русской истории, но, повторяю, они не касаются вопросов Веры.  Отец Александр говорит, что «времена меняются».  Да они меняются.  Но Истина не меняется.

     Отец Александр удивляется, что некоторые люди «упорно закрывают глаза на значительные перемены в жизни Церкви в бывшем Советском Союзе за последние  пятнадцать лет». Я не разделяю его мнения. Я убеждён, что мы все приветствовали эти перемены.  Мы все радовались, когда замечали появление церквей, монастырей, братств, типографий и благотворительных организаций.  Как раз вчера я прочитал интервью с Патриархом Алексеем II в русской прессе. Я был поражён.  Он говорил о Католико-Правосланых отношениях.  Он говорил решительно и благородно.  Он сказал именно то, что я и желал слышать.  Многие из нас воодушевлены смелостью его заявлений.  Многие иерархи Московского Патриархата пишут проповеди и статьи поразительной красоты.  Потому, отец Александр, не удивляйтесь.  Мы  видим все эти прекрасные явления и радуемся.

     Количества впечатляют, не правда ли?  Но, конечно, не количества всё-таки являются мерилом для Церкви.  Они важны, но не они являются абсолютным критерием.  Что мы немногочисленны, не новость.  Мы всегда были немногочисленны.  Я вспоминаю, когда мы провожали гроб блаженной памяти Митрополита Филарета вверх по горке от собора в Джорданвилле в кладбищенскую часовню, один из старших Протодьяконов посмотрел на маленькое количество людей, повернулся ко мне и сказал «Вот малое стадо!»  Эти слова с тех пор хранятся у меня в памяти.  С того дня я никогда не беспокоился о нашей малочисленности.  Ведь и апостолов было всего двенадцать?  Не говорил ли Господь Бог о нас, как о Его Малом Стаде?

    Отец Александр особо выделяет священство и паству, так называемого, поразделения южного округа.  Конечно, всем известно, что у нас нет такого понятия, как округ «Южно-Американской епархии». Есть округ на юге восточно-американской епархии.  Благочинный  этой епархии, отец Виктор Потапов, и я его помощник, или по официальному названию – заместитель благочинного.  Епископ Гавриил наложил на меня это послушание, и я в постоянной связи с ним касательно церковных дел.  Пользоваться термином “Southern Sub-Deanery”  неправильно, что отцу Александру известно.  Это довольно острое оскорбление.  Но оскорблять не ново отцу Александру.  В прошлом, по интернету, он отзывался о нас как о «хлопушках штата Джорджии», «застывших екстремистах» и «слабоумных».  В недавнем письме отцу Виктору Потапову отец Александр пишет: «P.S. Получил несколько сильных отзывов от двух священников S.S. (Southern Sub-deanery). Не удивительно».  Можете себе представить, чтобы кто-то обзывал своего собрата священника  нацистом,  после обсуждения им нацисткой оккупации!  И более того, он пишет это благочинному этой епархии!  Не достоины ли такие слова порицания?  К сожалению на это не полседовало ни слова протеста.  Если бы кто-то позволил себе такие злобные слова по отношению к отцу Александру, отповедь от Синода последовала бы незамедлительно.  Отец Александр не останавливается ни перед чем, чтобы оправдать Митрополита Сергия, но легким взмахом пера очерняет своих собратьев священников.  Это, собственно говоря , достаточная основа не верить словам отца Александра.

     Южная Епархия состоит главным образом из общин перешедших в Православие за последние несколько детятилетий. Большинство из них  совсем недавно прешли в Православие и со своими американскими пасторами.  Обособлять эту епархию - грубый фанатизм. Может показаться, что в жизни русской Церкви можно обойтись и без американцев.  Критиковать их и выделять их, как будто, допустимо.  Унижать их не вызовет никаких осложнений.  Отец Александр, будто намекает на то, что так как эти общины столь невелики, не надо особенно на них обращать внимания.

     Звучит несколько иронически, что сторонники унии часто обращают внимание на то, что мы, живя в комфорте, не понимаем стаданий тех, кто выживали в условиях Советского притеснения.  Я бы предъявил отцу Александру тот же аргумент.  Общины на юге Америки прилагают большие усилия, чтобы сохранить нашу Веру.  Большинство священников вынуждены зарабатывать на стороне, содержать семью на нищенское  или вообще без жалования и, зачастую, оплачивать церковные расходы из своего кармана.  Большинство приходов начинали служить в пустых магазинах, складах или нанятых помещениях у Протестантских церквей.  Известны нередкие случаи, когда священникам приходилось просить  государственные «продовольственные купоны», чтобы прокормить свою семью.  Борьба за сохранение своей Веры во враждебном окружении безмерна.  Может быть настоятель большого прихода, с хорошим окладом, с сотнями (или тысячами) долларов за требы, оплаченными поездками, красивым храмом и многочисленными прихожанами - никогда не поймёт жертвенности пастырей маленьких незначительных приходов.  Может быть, если бы отец Александр поближе познакомился с этими трудностями, он не спешил бы отбрасывать эти общины с такой надменностью и снисходительным сарказмом. Какими бы туманными ни были его замечания,  в них налицо фанатизм.  Предвзятость по отношению к американцам всегда проявлялась у тех, кто сам неуверен в своей этнической принадлежности  в Церкви.  Я подозреваю, что эта неуверенность (особенно среди тех, кто никогда не жил в России, родившись в Америке от родителей второй иммиграции) является эмоциональным двигателем тех, кто так пылко стремится к объединению.

     Отец Александр называет тех, кто против нынешней редакции  документов, «строгими изоляционистами», которые хотят придерживаться практики «южно-баптистского отталкивания».  Я не уверен, насколько отец Александр знаком со Сравнительным Богословием, но вышеупомянутое выражение довольно странно.  Во первых, оно странно, так как среди нас трудно отыскать прежних южных баптистов.  Я никогда не был южным баптистом и знаю только одного священника, который таковым был.  Во вторых, у южных баптистов нет обычая «отталкивать». Это обычаи немецких анабаптистов или общин таких как меннониты или  амиш.  Но, ясно, что отец Александр старается внести понятие, что Южная Епархия полна изоляционистами, которые основывают свою точку зрения на каком-то строгом протестантском мировоззрении.  Это неверно.

     Сокрушается  отец Александр над тем фактом, что приходы полны новоприезжими из России.  Раньше, как он утверждает, приходы сократились в численности почти до ноля.  Я не понимаю тут его логики.  Если это правда, то это крупное обвинение против наших пастырей.  Но разве нам надо полагаться на новых иммигрантов, чтобы возрождать наши приходы?  Разве не всегда было нашей обязанностью поддерживать наших старых иммигрантов?  Разве этот грех не лежит на наших душах? Боюсь, что да.  Если мы не позаботились о наших старых иммигрантах, где гарантия, что мы позаботимся лучше о новых иммигрантах?  Через несколько поколений,  не отпадут ли и они так же из-за нашего нерадения?

     Отец Александр говорит, что во всей нашей Зарубежной Церкви всего лишь три, может быть, две тысячи платящих членские взносы  прихожан.  Он  сранивает эту цифру со 100-миллионной паствой Московского Патриархата.  Мы, конечно, понимает, что это натяжка. Конечно, они огромны по сравнению с нашей маленькой Церковью.  Однако, утверждение о 100-миллионной пастве неправильно.  И, конечно, нет в Российской Церкви 100 миллионов платящих членские взносы прихожан. По статистике Р.Ф. только 2% всего населения России ходят по воскресениям в церковь.  Только 36% приходили в церкви по разным причинам или нуждам.  Это статистика Российского правительства, которая была проверена независимым изучением Мичиганского Университета.  И всё же, вопреки предпосылке о. Александра, не цифрами утверждается Истина.

     Заключительная мысль о.Александра  выражена в следующем:

     Могу вас уверить, что Русская Церковь жива, действует и растёт. Никто не  проповедует в ней ереси, и все строго придерживаются учения Православия. И они призывают нас участвовать с ними в процессе возрождения церковной жизни, на благо Церкви на родине и заграницей.  Как можем мы уклониться от такого призыва?         

    Да, мы видим, что церковная жизнь оживает и развивается.  Слава Богу!  Разве можем мы уклониться от возможности помогать возрождению жизни русской Церкви?  Решительно, нет.  Однако,  нам надо заботиться и о том, чтобы мы сохраняли идеалы нашей РПЦЗ и не пошли бы на компромисс.  По моему, настоящие документы изменили этим идеалам.  Вот, что мы читаем в этих документах:

     «В некоторых из этих документов были канонические прещения или выражения канонических отлучений иерархов и отсутствие Благодати в церковной жизни по другую сторону разделения.  В связи с этим предлагается, когда вышеизложенный проект осуществится, все прежние акты, которые могут препятствовать полноте канонического общения, объявить недействительными.»

   Это, кажется, объявляет, что все героические утверждения,  недвусмысленное стояние наших прежних иерархов, теперь «недействительны». Так как «времена меняются» мы должны запрятать под спуд истории всё, за что наши святые предшественники боролись.  Эта борьба теперь заменяется «подвигом» Митрополита Сергия. Эта предпосылка возмутительна для меня.

     И в заключение,  широко бытует мнение, что  документы разрешают вопрос Сергианства.  Они не  занимаются им как отдельным вопросом. Они туманно касаются вопроса отношений Церкви и государства и мельком упоминают, что подчинение безбожной власти было греховно и не должно повтрятся. Это немного похоже на кающегося, который на исповеди только упоминает о серьёзном грехе, который было бы хорошо не совершать.

     Я вспоминаю 1981, когда Святая Церковь прославила Новомучеников Российских.  Во всех приходах  в проповедях говорилось, и в статьях писалось, о доблести и борьбе мучеников.  Всюду служились панихиды.  Все русские церковные издания были заполнены статьями о торжестве Веры.  Много недель Церковь готовилась к, быть может, самому значительному церковному действию двадцатого века. Покаянные молитвы за убийство Царской Семьи слышались в каждом приходе.  И затем, в последний день до прославления, Митрополит Филарет призвал к особому дню поста для приготовления к прославлению.  На последней панихиде собор был переполнен верующими со слёзами на глазах.  Тысячи молящихся стояли на коленях во время пения «Со святыми упокой» и держали зажжённые свечи в руках.  На прославлении, казалось, небо громом гремело, когда священники запели величание в первый раз, и покров был снят с великолепной новой иконы, написанной блаженной памяти Архимандритом Киприаном.  Мы несомненно знали, без всяких сомнений, что небо отверзлось в тот день и благодать Божия снизошла на всех нас. Не был  ли бы уместен такой же торжественный отказ от Сергианства для очищения русской земли?

     Первым условием переговоров должны быть открытость и абсолютная честность.  Есть непоколебимые принципы, которыми должна руководиться РПЦЗ. Сентментальности, этнической неуверенности и социальной «популярности» - не должно быть места в этих переговорах.  Мы должны вновь утвердить те принципы, которых придерживаемся, как вечно нерушимым.  Мы не смеем принимать Сергианство и Экуменизм  ни в какой редакции, и мы должны стоять отдельно от всего мира, даже если он называет себя «Православным».  Всё постороннее интересно, но не касается главного.  Будем молиться, чтобы скорее настал день, когда мы сможем честно, и в духе братского уважения,  чистосердечно подойти к сложным вопросам, без какого бы то ни было намека на компромисс. Только тогда будет достигнуто истинное единение, а не просто надуманный «общий удел».           

 

**********************************************************************************************************************

 

Nous proposons ci-dessous la traduction d'une interview de Mgr Gabriel, évêque de Manhattan, Secrétaire du Synode des Évêques présidé par Mgr Lavr, qu'il a donnée à l'issue d'un pèlerinage officiel de six jours en Russie et parue le 7 octobre 2005. C'est ce même Mgr Gabriel qui était venu en février 2002 à Lyon pour nous assurer que les affirmations concernant la volonté de ce Synode de s'unir au Patriarcat de Moscou étaient totalement infondées. Forts de cette affirmation, certains membres de notre paroisse nous avaient alors accusés de pratiquer des « procès d'intention » à l'égard de la structure dirigée par Mgr Lavr.

 Protodiacre Germain Ivanoff-Trinadtzaty

Paroisse orthodoxe russe Saint Nicolas de Lyon

 

Le moment de l'union des deux parties de l'Église russe est venu

 

Comment progresse le processus des négociations entre l'Église Russe Hors-Frontières et l'Église en Russie ? Comment la Russie a-t-elle changé durant ces dix dernières années ? Que peut-on attendre du Grand-Concile de l'Église Hors-Frontières qui doit se réunir en mai 2006 ? Le Secrétaire du Synode des Évêques de l'Église Orthodoxe Russe Hors-Frontières, Mgr Gabriel, répond dans cet interview aux questions de l'agence de presse « Interfax ».

 

Monseigneur, comment pouvez-vous évaluer le déroulement des négociations entre l'Église Hors-Frontières et le Patriarcat de Moscou ?

 

- Nos commissions de conciliation réciproques se sont plusieurs fois réunies et elles se rencontreront encore cet automne. Elles ont réalisé un gros travail en vue de surmonter les divergences et toutes les questions qui nous séparaient. Et le fait qu'ici même, en Russie, l'Église ait donné une évaluation claire du cours suivi par le métropolite Serge en 1927 est une chose à laquelle nous ne nous attendions même pas*. Le dialogue se poursuit et j'espère que progressivement nous pourrons surmonter définitivement tous les problèmes. Il n'y a pas de raisons qui s'opposent au fait que nous devenions une Église une et puissions entrer en communion de prière. Cette union doit se réaliser. Elle servira à ecclésialiser le peuple russe. Ces jours-ci j'ai rencontré le patriarche Alexis II, auparavant j'avais eu des rencontres avec d'autres évêques de l'Église. Ce sont des rencontres très agréables. Elles se sont déroulées dans une atmosphère d'amour fraternel et nous ont permis de mieux nous comprendre.

 

En mai prochain, pour la première fois depuis 32 ans, se tiendra le Grand-Concile Hors-Frontières à San-Francisco. Et, évidemment, au centre de ce Concile il sera discuté de la possibilité d'union des deux parties de l'Église Russe.

 

De plus, le retour du corps du général Anton Dénikine pour être enterré en Russie témoigne de notre désir d'avoir de bonnes relations. Je rappelle qu'une pannikhide pour le repos de l'âme du général Dénikine a été célébrée à New-York.

 

 Votre dernière visite en Russie remonte à 1995. Pourriez-vous nous faire part de vos impressions sur notre pays, sur les transformations qui s'y sont réalisées durant ces années

 

- Si l'on parle de la situation religieuse, il faut savoir que la Russie a toujours été avant tout un pays orthodoxe. Et, en dépit de quelques avatars**, elle est toujours restée un pays tolérant à l'égard de la foi, bien plus tolérante que beaucoup d'autres pays occidentaux et peut-être même que l'Amérique.

 

Lorsque j'ai visité l'ermitage d'Optino, les monastères du Don, de Valaam, Nikolo-Ugreshsky, les Solovky, la laure de la Trinité Saint Serge, j'ai été particulièrement touché par le fait que des églises et autres lieux saints qui avaient été jadis profanés sont aujourd'hui réparés et en pleine renaissance. Et cela se fait avec l'implication personnelle du peuple russe. Par rapport aux années quatre-vingt-dix, ont constate un progrès, les gens fréquentent plus les églises. On veut espérer que le peuple russe se tourne toujours plus vers ses racines orthodoxes et comprenne la nécessité de la foi dans notre vie. Lorsqu'une personne s'ecclésialise, elle comprend alors quel est le sens véritable de la vie.

 

Qu'attendez-vous du Grand-Concile Hors-Frontières ?

 

- Je pense que pour le moins il sera décidé de poursuivre le processus d'union avec le Patriarcat de Moscou, voire sera prise la décision d'entrer en union eucharistique avec le Patriarcat. Il est indispensable d'aider à faire comprendre également à nos fidèles, que le temps est réellement venu pour l'union. Nous sommes unis par une même foi et le même désir d'être une seule Église. On sait que c'est également le vœu du président de Russie Vladimir Poutine. Nous nous sommes rencontrés et il a confirmé son souhait que l'Église soit une.

_ _ _ _ _ _

 Notes du traducteur :

 

* A moins que Mgr Gabriel dispose d'informations de nous inconnues, il doit faire ici allusion à la « conception sociale » élaborée en 2000 par le PdM ...

 

** Nous traduisons volontairement par un faux-sens « avatar » le terme « кривотолки » qui signifie textuellement « faux-bruits ». Nous préférons croire qu'il s'agit de la part de Mgr Gabriel d'une erreur de vocabulaire et non de la négation des persécutions endurées par les chrétiens sous le joug des bolcheviques athées.

 

*  *  *

Avec l'aide de Dieu – tenez ferme et soyez audacieux !

Catherine Raevsky Genève - Suisse

 

Je voudrais m'adresser à tous les membres de l'Eglise Orthodoxe Russe Hors-Frontières (EORHF) qui ne sont pas d'accord de se soumettre (de s'allier) au Patriarcat de Moscou (PdM).

Chers frères en Christ – reprenez vos esprits ! Aussi difficile et douloureux que ce soit, nous ne pouvons ni ne devons en aucune façon fermer les yeux sur la situation actuelle. Nous sommes membres de l'Eglise, son Corps, et non des brebis muettes et sans personnalité. Tous, nous avons le droit absolu, et même l'obligation, de manifester notre désaccord si les circonstances nous y contraignent.

Je comprends parfaitement la peur de certains de perdre leur église dans laquelle, éventuellement, ils se sont mariés, ont baptisé leurs enfants, enterré leurs proches et dont, depuis des décennies, ils sont paroissiens. Je comprends également les prêtres qui dépendent matériellement du Synode et de la paroisse. Que nous vienne en aide l'exemple de nos frères de Russie qui, par milliers et milliers, ne l'ont pas craint. Que le Seigneur nous vienne à tous en aide tant qu'il en est encore temps.

Notre Eglise Hors-Frontières n'a-t-elle pas toujours été pour nous comme un phare au milieu de la tempête de notre vie à maints égards difficile en exil ? C'était notre maison paternelle vers laquelle nous aspirions tous, sentant et sachant indubitablement qu'elle était bel et bien “la Colonne et l'affermissement de la Vérité”. En toutes circonstances, et dans quelque pays que ce soit, chacun de nous savait parfaitement qu'il pouvait compter sur cette maison paternelle dont l'autorité était pour nous tous inébranlable. Allons-nous alors regarder sans réagir comment on nous échange sous nos yeux un coucou contre un épervier ? Jusqu'à présent l'Eglise Hors-Frontières était pour le PdM tout à la fois une autorité morale (souvenez-vous du nombre de reéditions de livres, d'enseignements, de sermons tirés d'ouvrages Hors-Frontières sans que jamais il ne soit indiqué que les auteurs appartenaient bien à elle et non au PdM) et un reproche muet. Il existe au sein du PdM un très grand nombre de prêtres tout à fait dignes et autant de bons fidèles, mais malheureusement ce ne sont pas eux qui sont aux commandes, et ce n'est pas d'eux dont il est ici question. En effet, jusqu'à ce jour, la masse énorme des croyants n'est en mesure ni de savoir, ni de comprendre que le problème se situe à la source même, dès la naissance du PdM, ni de comprendre ce qu'est en réalité l'Eglise Hors-Frontières. Ce n'est donc pas sur eux que repose cette responsabilité, mais sur nous-mêmes, car nous savons parfaitement en quoi réside le malheur. Et celui à qui il est plus donné, il sera plus demandé.  

Il me semble qu'il y a parmi nous beaucoup de personnes insuffisamment informées, ne lisant pas les écrits du PdM (à l'heure actuelle il est notamment nécessaire de prendre connaissance du contenu des documents élaborés conjointement par le PdM et l'EORHF). Certains n'y ont pas accès, tandis que d'autres préfèrent les ignorer en se berçant d'illusions... Et pourtant il serait utile que chacun puisse prendre connaissance de ces documents. Par exemple, la Déclaration de Serge y est mise, sans la moindre réserve, sur le même pied que les Messages de 1942 du Métropolite Anastase. Il s'avère que saint Jean de Shangaï célébrait des molebens pour la victoire de l'Union soviétique et récoltait de l'argent pour l'armée soviétique !!! En d'autres termes, saint Jean employait toutes ses forces, spirituelles et matérielles, afin que le pouvoir athée obtienne la victoire. (On se demande pourquoi, lorsque le danger du communisme devint éminent, il obtint à force de démarches des visas pour que les réfugiés russes puissent entrer aux USA?). Y a-t-il une limite au mensonge dans ces écrits ineptes ?

Pour autant que je sache, le PdM a retiré de la liste des Nouveaux-Martyrs, le saint Métropolite Joseph de Petrograd auquel, pour l'instant du moins, l'Eglise Hors-Frontières élève toujours des prières. On se demande quelle sera l'attitude de l'Eglise Hors-Frontières si, après s'être coulée dans le PdM, leur patriarche (soit dit en passant un divorcé ayant servi dans le KGB sous le nom de "Drozdov", comme chacun le sait), venait à exiger de supprimer le nom du Nouveau-Martyr ? Réfléchissez-donc sur ce point ! Il est également bon de ne pas oublier les iniquités dont s'est rendu coupable le PdM lorsqu'il subtilisait nos lieux saints en Terre Sainte en recourant à des méthodes de brigand par l'emploi de la force grossière.

Je dois dire que me sont totalement inacceptables les louanges pleines de mensonges et de fables élevées par le PdM à la "Grande Guerre Patriotique", qui doivent faire l'effet de baume sur les âmes meurtries du peuple trompé. Durant cette guerre, pour la première fois de toute notre histoire, les soldats passaient par millions dans le camp ennemi, et là tentaient d'organiser des mouvements de libération de leur propre gouvernement dans leur patrie. Une guerre où les gens accueillaient les Allemands avec des fleurs, les jetant sous leurs pieds (j'ai pu personnellement le voir à de nombreuses reprises à l'époque dans les actualités), attendant d'eux qu'ils les libèrent de la torture soviétique. Et ce n'était nullement mus par le sentiment de trahison, mais bien au contraire par patriotisme et sentiment du devoir face à la Patrie dupée et souffrante, que ce mouvement de libération à commencé à s'organiser dans différents pays et en plusieurs formations. Ce n'était pas seulement un prolongement naturel de la lutte des Armées Blanches, mais encore la nécessité de se placer comme un bouclier entre le pouvoir soviétique et un asservissement par le pouvoir national-socialiste. Au fait, je me souviens qu'après la guerre un jeune Allemand me racontait comment, étant officier, il souffrait d'être contraint de donner l'ordre de tirer alors que marchaient sur eux des hommes en rang, sans la moindre arme, et que dans leur dos suivaient des commissaires le fusil pointé sur eux. C'était de la chair à canon qui avançait, si ce n'était par devant, c'était par derrière... Gloire soit rendue à nos pauvres soldats russes, à leur courage et à leur sens du sacrifice, mais certainement pas gloire à la victoire du mal pour de nombreuses années encore ! Jouant sur les sentiments patriotiques du peuple russe exténué, et s'appuyant sur le PdM qui avait parfaitement joué le rôle qui lui avait été assigné, la glorification de la victoire avait pour but d'affermir le sentiment de fierté parmi la population et de l'amener à ne pas trop scruter les conditions horribles de leur vie.  

Il n'est pas besoin pour moi de revenir sur la question de l'œcuménisme, des circonstances dans lesquelles le PdM s'est lui-même formé, etc. Tout cela a été maintes fois, et de façon très détaillée, exposé et d'ailleurs continue à l'être. De toute mon âme, je demande simplement à tous ceux pour qui la Vérité a un sens, cette Vérité Divine pour laquelle depuis quatre générations nous nous battons en exil, je demande à chacun de bien vouloir approfondir personnellement et comprendre ce qui se passe et où l'on veut nous amener. Durant tant d'années nous avons préservé avec soin les préceptes de nos Protohiéraques. En particulier, j'ai eu personnellement le plaisir et l'honneur de les connaître tous à commencer par le Bienheureux Métropolite Antoine Khrapovitsky, jusqu'au Métropolite Vitaly (avec lequel, pour notre plus grande honte et notre stupéfaction, le Synode de Mgr Lavr s'est comporté exactement selon les préceptes et les exemples des "boss soviétiques du parti").

Ne baissez donc pas la tête pour vous rendre, ne craignez pas de défendre cette Eglise vers laquelle toutes les victimes des persécutions bolchéviques tendaient (persécutions qui venaient autant du pouvoir que du PdM), c'est-à-dire, en fait, nos Nouveaux-Martyrs. Nous n'avons tout simplement pas le droit de rester sans rien faire !

Souvenons-nous des paroles du tropaire composé au bon vieux temps par l'Eglise Hors-Frontières en l'honneur du saint Hiéromartyr Métropolite Joseph de Petrograd " ...à l"époque de l'amère persécution contre l'Eglise Russe, tu as su maintenir la vérité ecclésiale et tu t'es séparé de tes frères qui n'ont pas su rester fermes dans la vérité".

Avec l'aide de Dieu – tenez ferme et soyez audacieux !

 

********************************************************************************************************

 

Гонения православных христиан в РФ.

Г.М.  Солдатов

 

     С тех пор как в 1943 году, по почину Сталина, был основан Московский Патриархат, ни Русская Православная Церковь Заграницей в целом, ни многие верные Церкви -- верующие в подсоветской России -- не признавали действительность выборов т.н. «патриархов» МП, поскольку эти «выборы» были неканоничными. Как известно, «патриархи» МП назначались безбожной, противоцерковной властью СССР.

     Духовенство свободной части Русской Православной Церкви продолжало исполнять свой христианский-пастырский долг заграницей, духовно окормляя верующих во всех странах диаспоры. На территории же СССР основалось много катакомбных приходов, которые обслуживались духовенством не считавших возможным подчиняться сперва митрополиту, а затем «патриарху» Сергию и его архиереям – ставленникам советской, атеистической власти. Духовенство и миллионы верующих – катакомбники, которые не признавали митрополита/патриарха Сергия и его «синод», претерпели жесточайшие гонения как со стороны самой атеистической власти, так и деятелей Московского Патриархата. Систематические и суровые гонения и беспощадное истребление особенно катакомбного духовенства привело к тому, что к 1980 г. на территории СССР, фактически, не оставалось кактакомбных архиереев, а во многих катакомбных приходах, не осталось рядового духовенства. Поэтому оставшееся духовенство, как и верующие, обратились с просьбой к свободной части российской Церкви хиротонисать для них архиерея. По благословению Митрополита Филарета, в 1982 году был тайно хиротонисан во епископы архимандрит Лазарь, возглавивший в качестве канонического архиерея катакомбные общины в СССР.

      Таким образом, чрез последовавшиеся хиротонии архиереев, в Россию вернулась каноничность неповрежденной  Православной Веры вывезенной Митрополитом Антонием и другими иерархами для возрождающейся Российской Поместной Церкви. После распада СССР на суверенные страны,  независимые от МП архиереи начали создавать, почти во всех республиках бывшего СССР, свободные приходы и епархии.

  И даже за последние десять лет, продолжая применять столь присущие методы гонения советскому правительству и сергианскому патриархату, государственное духовенство и местные власти,  с особенной жестокостью,  продолжали преследования верующих, не подчинявшиxся МП.

     После того как администрации РПЦЗ(Л) и МП принципиально договорились об унии,  некоторые клирики зарубежной Церкви,  заинтересованные  в унии с МП, также в свою очередь занялись постыдной деятельностью преследования «катакомбников», называя их «лазарявцами» и даже «раскольниками».

     Редакция Верность получила многочисленные свидетельства преследования духовенства и верующих со стороны духовенства Патриархии и гражданских властей,  также как и свидетельства  о том, что к этим преследованиям присоединилось духовенство РПЦЗ(Л), преследуя своих прежних собратьев. Ниже мы помещаем один из присланных в нашу редакцию документов. Согласно присланному  приходскому листку (Милоть) сообщение прот. В. Карелина во многом отходит от истины и показывает его  богословскую неграмотность.

    Многие верующие заграницей не могут поверить в возможность и согласиться с такой бессовестной предательской деятельностью некоторых своих духовных пастырей, начавших преследование тех, кто недавно примкнул к РПЦЗ в надежде на ее защиту от безбожного правительства и духовенства МП.

* * *

 

РЕНЕГАТСТВО ЕПИСКОПА ЕВТИХИЯ

Г.М. Солдатов

 

     Мрак спустился на Зарубежную Русь, и верующим  стало совершенно не видно своих духовных пастырей, проводящих время в кругу иерархов МП в приветливой для них обстановке.

   Среди верующих носятся слухи о том, что пастыри проводят время за наблюдением работ в имениях около столиц родины, главное из которых будто бы записано на четырех владельцев. Было бы интересно знать,  были ли стены комнат проверены на предмет наличия микрофонов или может быть,  от преподобных отцов МП у пастырей Зарубежной Руси нет секретов? 

    На праздновании 75-летнего юбилея митрополита Лавра было сказано, что договор заключен уже на 90% и остается только его подтвердить на Всезарубежном Соборе для придания ему большего значения перед Православными Поместными Церквами и верующими на родине.

     Причем о своем будущем договариваются не только зарубежные иерархи. Согласно полученным нами копий документов,  на родине от имени РПЦЗ переговоры  с митрополитом Кириллом (Гундяевым) вел Епископ Евтихий (Курочкин). В своем рапорте митрополиту Лавру,  он сообщил следующее: митрополит Кирилл заметил, что МП заботится о самом епископе Евтихии и его приходах и поэтому для большего блага всех видит две возможности. Первая чтобы епископ Евтихий покинул РФ, а другая, чтобы стал в Сибири викарием патриарха Алексия Второго.

     Как свидетельствует рапорт митрополиту Лавру,  епископу Евтихию первый вариант не понравился, и он запросил об одобрении второго варианта. В своем рапорте епископ Евтихий умолчал о том, что духовенство его епархии написало ему письмо, выразив свое несогласие по отношению результатов переговоров РПЦЗ  с МП и что возможен уход священников.

    Митрополит Кирилл также высказал пожелание, чтобы епископ Евтихий в дальнейшем участвовал в переговорах,  только когда дела касаются Сибирской епархии, но не как член  комиссии по переговорам представляющей РПЦЗ, а вместо него чтобы было назначено другое духовное лицо.

   Епископу Евтихию было сказано, что МП в октябре будет снят запрет в служении. Сибирский архиерей в своей «докладной записке» митрополиту Лавру и Синоду РПЦЗ предложил прекратить в переговорах разбор деятельности митрополита Сергия и иных иерархов и заняться другими вопросами.

   Более того, теперь, когда наметилось соглашение с представителями РПЦЗ с МП, в постыдную деятельность по уничтожению не подчиненных МП приходов РИПЦ-Катакомбной Церкви и подчиняющихся Митрополиту Виталию, включились духовные лица из РПЦЗ.

   Как сообщил интернетовский узел «Церковные Ведомости», с благословения епископа Евтихия назначенный им «благочинный уральского округа» РПЦЗ(Л) протоиерей В. Карелин, в лучших традициях политических доносов советских времен, начал кампанию травли и клеветы против прихода Св. Пророка Ильи РИПЦ в селе Мельниково Курганской области и его настоятеля.   

    РИПЦ была ранее частью РПЦЗ и ее возглавитель,  покойный Архиепископ Лазарь получил хиротонию в 1982 г. по решению Митр. Филарета,  став законным архиереем, возглавляющим в СССР катакомбные общины.

     Просматривая финансовые отчеты Синода РПЦЗ видно, что как самому епископу Евтихию, так и другому духовенству на родину посылаются в год десятки тысяч долларов. Употребляются ли эти пожертвования на нужды Церкви или на поддержку преследований православных верующих новыми опричниками?

 

      Наша Страна № 2779

 ******************************************************************************************************** 

В.Путин ускоряет темпы по присоединению РПЦЗ(Л) к МП

                                           Виталий Шумило, редактор «Церковных Ведомостей РИПЦ»

     Как стало известно из светских СМИ, особое место в насыщенной программе рабочего визита президента РФ Владимiра Путина в США, проходившего с 14 по 16 сентября, заняла официальная встреча с руководителями Синода РПЦЗ(Л). В первый же день по приезде в США, 14 сентября Путин встретился в Нью-Йорке с главой РПЦЗ(Л) митр. Лавром. Цель встречи, как подтвердил сам Путин: продолжение начатых им два года назад во время посещения США инициатив по объединению РПЦЗ и МП.

     Приехав к зданию Синода РПЦЗ(Л), президент РФ у входа был торжественно встречен епископом Манхеттенским Гавриилом (Чемодаковым), казначеем Синода прот. Петром Холодным и Андреем Соммером, ключарем Синодального собора. В сопровождении телохранителей и свиты глава РФ поднялся в храм Знаменской Иконы Божией Матери, где его ждал митр. Лавр.      После краткого молебна В.Путин провел переговоры с главой РПЦЗ(Л), а также с присутствовавшим там епископом МП в США Меркурием. Во встрече принял участие посол России в США Юрий Ушаков.

     Обращаясь к митрополиту Лавру, В.Путин поблагодарил его за приглашение и подчеркнул, что единство Церквей станет знаком объединения русского народа, и он будет «способствовать этому процессу».

     Очередной визит президента РФ в Синод РПЦЗ(Л) не был случайным. Как известно, на 6 мая 2006 года в Сан-Франциско намечено открытие «Всезарубежного Собора», на котором планируется окончательно утвердить унию РПЦЗ с сергианско-экуменической Московской патриархией. Поскольку в самой РПЦЗ(Л), в среде рядового духовенства и мiрян не только нарастает недовольство готовящейся унией с МП, но уже оформилась довольно сильная оппозиция, также инициирующая созыв в 2006 г. Всезарубежного Собора РПЦЗ, альтернативного униатскому (подобно Брест-Литовскому Собору 1596 г.), инициаторы унии пытаются приложить максимум усилий, чтобы уменьшить риск и предотвратить возможную «контрреволюцию».   

     Это уже третья официальная встреча президента РФ В.Путина с главой РПЦЗ(Л). Первая состоялась 24 сентября 2003 года в Нью-Йорке, во время которой В.Путин лично передал митр. Лавру обращение советского патриарха Алексия (Ридигера) и инициировал начало униоального процесса. Затем, 27 мая 2004 года, в Ново-Огарево с участием патриарха Алексия состоялась вторая встреча президента РФ и главы РПЦЗ(Л). Тогда В.Путин недвусмысленно дал понять, что и он лично, и его правительство заинтересованы в объединении РПЦЗ и МП. Одним из главных вопросов, волновавших представителей РПЦЗ(Л), являлся вопрос сохранения имущества. Поэтому президент РФ в Ново-Огарево заявил, что ни государство, ни Московский патриархат не будут претендовать на собственность РПЦЗ(Л), что вполне удовлетворило официальную делегацию последней. Результатом стали решения, принятые совместной согласительной комиссией МП и РПЦЗ(Л), на которых РПЦЗ пошла на серьезный компромисс, признав в сергианстве «особый путь служения Церкви в сложных условиях». Фактически, было совершено предательство подвига Новомучеников Российских и подвига служения Катакомбной Церкви, и отказ от собственной исповеднической позиции, которой РПЦЗ следовала на протяжении более 70-ти лет.

     После последнего визита президента РФ в Синод, в среде РПЦЗ(Л) заговорили о том, что вслед за В.Путиным Нью-Йорк должен посетить советский патриарх Алексий Ридигер, в связи с чем правительство РФ будто бы даже планирует выделить на ремонт синодального здания около 3 млн. долларов США. Заговорили и о другом: будто бы митр. Лавр «по состоянию здоровья» плохо справляется с поставленной В.Путиным задачей, поэтому на его место уже подобрана другая кандидатура – бывший секретарь Синода архиепископ Австралийский Илларион. А в Австралийскую епархию, уже подготовленную к унии с МП, должны перевести еп. Гавриила (Чемодакова).

     Если за этими слухами действительно стоят реальные планы “синодальных политиков” («дыма без огня не бывает»), вывод из этого можно сделать не утешительный: обучение кадрово-бюрократическим перестановкам, удушливо царящим в административной системе МП, новые молодые синодалы из РПЦЗ(Л) усваивают «сталинскими темпами». А это значит, что реализация запланированной унии все-таки состоится. В главном то – уже и так едины.

     Как отмечает «Независимая Газета»: «Последняя встреча с иерархами РПЦЗ(Л) в Нью-Йорке показала, что Владимир Путин, фактически запустивший в 2003 году процесс объединения, продолжает его контролировать. Стимулируя церковные структуры к поиску компромисса, Путин в буквальном смысле возрождает в глазах православных эмигрантов на Западе образ "государя – покровителя православия"… По всей видимости, именно участием в решении этой, казалось бы, внутрицерковной проблемы, Путин хочет оставить заметный след в истории своего президентства».

     Как скоро реализуется униоальный проект полковника КГБ В.Путина и его соратников, сказать сложно. Однако некоторые его недавние политические заявления наводят на мысль, что произойдет это уже в 2006 – 2007 гг.

     Недавно российские и мiровые СМИ облетела весть: «Владимир Путин не планирует выдвигать свою кандидатуру на пост президента РФ в 2008 году». Об этом он заявил на встрече с руководителями российских и германских средств массовой информации в ФРГ. «Я не буду менять основной закон. Но по конституции нельзя избираться три раза подряд». Фактически одновременно с заявлением В.Путина, экс-глава его правительства Михаил Касьянов подтвердил, что намерен объединять правые силы в единый блок и баллотироваться в президенты-2008.

     Помимо этого, в преддверии новых выборов Россию по официальным приглашениям стала вновь посещать претендующая на российский престол Мария Владимiровна Романова-Гогенцоллерн с идеей восстановления «легитимной монархии». Она ведет консультации на эту тему в правительственных кругах, в т.ч. и с Путиным.

     Каким будет политическое будущее России в связи с предстоящими выборами, если они состоятся, пока неизвестно. Возможно, вскоре мы окажемся свидетелями “реставрации монархии” Гогенцоллернов-Романовых при регентстве полковника КГБ В.Путина, а может быть новым президентом станет его ближайший соратник Касьянов. Возможен и третий вариант: Путин отменит выборы вообще, и объявит себя “монархом”. Все это узнаем в недалеком будущем.

     Для нас более важно другое: как внутренняя и внешняя политика неправославных политических деятелей может отразиться на будущем Русской Церкви, и как Церкви избежать их удушливого и разлагающего “покровительства”?

    Газета «НГ» отмечает, что: «по всей видимости, именно участием в решении этой, казалось бы, внутрицерковной проблемы (объединение МП и РПЦЗ), Путин хочет оставить заметный след в истории своего президентства».

     Если сроку президентства Путина осталось не так уж много времени, то, вероятно, для достижения цели - объединения МП и РПЦЗ(Л) - будет приложен максимум усилий. Так что вполне может быть, что уже в 2006 г. мы увидим доведенным до конца спец-проект полковника ГКБ В.Путина и многолетнего агента этого же ведомства Алексия Ридигера (агентурный псевдоним в КГБ «Дроздов»)  – объединенную спецслужбами и властями административную структуру РПЦ-МП в России и Зарубежем, которая должна занять место апокалиптической «церкви лукавнующих», восседающей на багряном звере и упоенной кровью мучеников Христовых, исповедников Церкви Катакомбной.

     По поводу подобных апостасийных процессов в мiре и в «официальном православии» приснопамятный отец Серафим (Роуз) говорил: «Сейчас уже ПОЗЖЕ, чем нам кажется…»  

     Камо грядеши РПЦЗ(Л)? Куда идешь?..

 

* * *

ANATHEMAS AND FR. JOHN SHAW

Vladimir Moss

    The Orthodox world was shocked when, in 1965, Pope Paul VI and Patriarch Athenagoras “lifted the anathemas” on their churches. Metropolitan Philaret led the True Orthodox in protesting that this simply could not be done. The anathemas on the Filioque and other Papist heresies were eternally valid, for falsehood remains falsehood for ever; and as long as the Papists confessed these heresies, they fell under the anathemas.

     The essential point is this: if an anathema expresses truth, and the bishops who pronounce it are true, then it has power “to the ages of ages”, and nobody can lift it, because it is pronounced not only by the earthly Church, but also by the Heavenly Church, in accordance with the word of the Lord: “Whatever ye [the apostles and their successors] shall bind on earth shall be bound in heaven” (Matthew 18.18).

     However, following in the footsteps of Athenagoras, we now have a man who thinks he can lift anathemas: Fr. John Shaw. Or rather, Fr. John does not pretend to lift them (that would be a truly Herculean task for a mere priest!). He either (in the case of Patriarch Tikhon and the anathema on the Bolsheviks of 1918) says that a patriarch has lifted it, or (in the case of the ROCOR’s anathema against ecumenism of 1983) does something even less plausible: he says it never really happened!

 

The Anathema of 1918

     Let us take the first case. On January 19, 1918 Patriarch Tikhon anathematised the Bolsheviks in the following words: “By the power given to Us by God, we forbid you to approach the Mysteries of Christ, we anathematise you, if only you bear Christian names and although by birth you belong to the Orthodox Church. We also adjure all of you, faithful children of the Orthodox Church of Christ, not to enter into any communion with such outcasts of the human race: ‘Remove the evil one from among you’ (I Corinthians 5.13).”

     The significance of this anathema lies not so much in its casting out of the Bolsheviks themselves (all those who deny God are subject to anathema, that is, separation from God, for that very denial), as in the command to the faithful to have no communion with the Bolsheviks. In other words, the government were to be regarded, not only as apostates from Christ (that was obvious), but also as having no moral authority, no claim to obedience whatsoever – an attitude taken by the Church to no other government in the whole of Her history. The decree ended with an appeal to defend the Church, if necessary, to the death. For “the gates of hell shall not prevail against Her” (Matthew 16.18).

     Now Fr. John says that this anathema, which was confirmed by the Local Council of the Russian Church, has no validity because the patriarch repented of it!!! The historical fact to which he is referring is the following. On June 16 and again on July 1, 1923, Patriarch Tikhon issued from prison a “confession”, in which he repented of all his anti-Soviet acts, including his “anathematisation of Soviet power”, and “finally and decisively” set himself apart “from both the foreign and the internal monarchist White-guard counter-revolutionaries”.

     Even supposing that this “confession” was meant to “lift the anathema” on Soviet power, the anathema was confirmed by the All-Russian Council, and the patriarch had no right unilaterally to annul an act of the Council. But in any case the “confession” was by no means meant to be such an annulment. Let us consider the witness of Archbishop Nicon (Rklitsky), with whom Fr. John was closely associated and whom he evidently greatly respects. However we evaluate Patriarch Tikhon’s declaration, writes Archbishop Nicon, we must recognise: “1) it did not annul the anathema in the name of the Russian Orthodox Church on Soviet power, 2) he did not declare himself a friend of Soviet power and its co-worker, 3) it did not invoke God’s blessing on it, 4) it did not call on the Russian people to obey this power as God-established, 5) it did not condemn the movement for the re-establishment of the monarchy in Russia, and 6) it did not condemn the Whites’ struggle to overthrow Soviet power. By his declaration Patriarch Tikhon only pointed to the way of acting which he had chosen for the further defence and preservation of the Russian Orthodox Church. How expedient this way of acting was is another question,… but in any case Patriarch Tikhon did not cross that boundary which had to separate him, as head of the Russian Orthodox Church, from the godless power.”[1]

     Moreover, as reported in Izvestia on June 12, 1924, the Patriarch wrote to Metropolitan Anthony (Khrapovitsky): “I wrote this for the authorities, but you sit and work”…[2]

     So we, the Orthodox Christians, are not meant to pay attention to the patriarch’s confession, which was intended only for the Bolsheviks. Unfortunately, however, Fr. John prefers to take the patriarch’s confession seriously, as if he were a Bolshevik... This is not only a slander on the patriarch, making him out to be a sergianist before Sergius, but raises the questions: Does not Fr. John believe that Soviet power was (is) under anathema? If he does not, then does he not believe that the communist State was (is) a legitimate State?

 

The Anathema of 1983

     Let us now pass to the anathema against ecumenism. Fr. John has for several now years been peddling the story that this anathema is of no significance because “it was not the product of any deliberation by the ROCOR bishops”, but was “slipped in” by Bishop (then Protopresbyter) Gregory Grabbe. “Metropolitan Philaret,” he writes, “basically did whatever Fr. George Grabbe (later Bishop Gregory) told him to. Most of the other bishops believed it was impossible to circumvent Fr. George / Bishop Gregory, and so they remained silent.”[3] That is why it was first published in the Greek newspaper Orthodoxos Typos and not in Pravoslavnaia Rus’.

    Two sets of questions are immediately raised by this story. First: if the anathema was published without the bishops’ knowledge or their authority, why did they not immediately issue a statement to that effect? And why did Metropolitan Philaret write to Fr. Anthony Gavalas quoting the anathema and saying that it was the decision of the Church? Is Fr. John asking us to believe that the bishops were really so spineless as to allow themselves to be bullied, as it were, into accepting a doctrinal definition of cardinal importance by a mere priest? Why were they afraid? What power did he have over them? And secondly: if Bishop Gregory Grabbe had really forced them to accept an anathema they did not want or believe in, why did they confirm it in 1998, two years after his death? Does this not in fact show that the bishops were not bullied or deceived or browbeaten into accepting an anathema they did not want or believe in, but in fact believed in it? (Or, if some did not in fact believe, like Archbishop Mark, they at any rate thought for one tactical reason or another that it would good that the anathema should go out under their signatures.) For if they had been tricked by Grabbe, they were now free to reveal the plot (and the shame of their own cowardice) – but did not, instead confirming Grabbe’s work (if it was indeed his).

     Fr. John seems to think that the fact, if it is a fact, that Grabbe (or the Boston monastery) composed the anathema somehow casts doubt on its validity. But the author of a doctrinal definition is not important. We know, for example, that Professor Ivan Popov composed Patriarch Tikhon’s epistle to Patriarch Gregory of Constantinople in 1924, and the Epistle of the Solovki Bishops in 1926. But that fact is insignificant beside the fact that the Patriarch, in the one case, and the Solovki bishops, in the other, signed the documents in question.

     The important questions about an anathema are: Is it true? And: Did the bishops of the Church confirm its truth? All other questions are strictly speaking irrelevant for us, the believers, who are required to act in obedience to the Church.

    Fr. John says many blatant lies in defence of his thesis. For example: “There were no pagan services, or pagan groups represented at the WCC.” Or again: “The ROCOR withdrew [from the WCC] because the Moscow Patriarchate became involved” (the ROCOR was never in the WCC). And worst of all: “In reality, none of the Orthodox participants in the ecumenical movement have said that Orthodoxy was not the true faith, or any of the other things referred to in the anathema” (they have all signed up to the branch theory of the Church, which is the main object of the anathema).

     However, rather than spending time on these obvious lies, I should like to draw attention to a more subtle one. Fr. John writes: “In his message, the future Metropolitan Vitaly expressed the hope that such an ‘anathema’ might be enacted by the other Orthodox Churches. He thus shows that he did not see it as changing our relationship with them, or as anathematizing other jurisdictions.”

     What Metropolitan Vitaly actually meant he himself is in the best position to explain. But the idea that inviting other jurisdictions to enact the anathema somehow invalidates its power, or shows that it has no real power, is a very strange argument. Why invite someone to do something that is ineffectual and/or invalid?

     There is perfectly reasonable way of justifying such an appeal to other Churches. The meaning of the appeal could be as follows: “We have anathematised the branch theory of the Church. We invite you also to anathematise the branch theory of the Church. In this way you will proclaim your Orthodoxy and be freed from the power of this anathema. If, on the other hand, you do not join with us in anathematising this heresy, this shows that you in fact confess the heresy, and fall under the anathema’s power.”

 

The “Heresy of Universal Jurisdiction”

     The attack on the validity of the 1983 anathema has been waged by others, notably Fr. John Shaw’s comrade-in-betrayal, Fr. Alexander Lebedev, who some years ago called the idea that the anathema strikes down all ecumenists “the heresy of universal jurisdiction”. Who the anathema actually strikes down was never made clear. The only inference must be: ecumenists in the ROCOR’s own fold (Frs. John Shaw and Alexander Lebedev perhaps?)

     Readers will forgive me if I quote my own reply to Fr. Alexander in 2000: “Thinking about your ‘heresy of universal jurisdiction’, it seems to me that you confuse two things: the Church as an external organisation, and the Church as a mystical organism, to use the terminology of Hieromartyr Catacomb Bishop Mark (Novoselov) (+1938). It seems to me that you are right as regards the Church as an external organisation, but wrong as regards the Church as a mystical organism. Let me explain.

     “An anathema excludes the person anathematised from the holy mysteries, from membership of the Holy Church. In the first place, of course, that applies to the local Church of which that person is a member. It applies to other Churches only to the extent that the leaders of those other Churches agree with the original anathema and ‘sign up to it’, as it were. Thus the heretic Arius was originally anathematized by the Bishop of Alexandria, which meant that he was excluded from receiving the sacraments throughout the Church of Alexandria. However, not all the bishops of neighbouring Churches agreed with this anathema, so Arius was able to receive communion in other Local Churches. To this extent the anathema was only of local significance. It required the convening of the First Ecumenical Council before Arius was anathematized ‘universally’ - and even then, the anathema was not universally received, as the history of the Church in the next fifty years demonstrates.

     “It is a different matter when we consider an anathema sub specie aeternitatis, in its mystical, super-terrestrial significance. From that point of view, the anathematization of a heretic begins in the heavens. Thus even before Arius had been ‘locally’ anathematized by St. Alexander of Alexandria, the Lord appeared to his predecessor, St. Peter, with a torn cloak, and in answer to St. Peter's question: ‘O Creator, who has torn Thy tunic?’, replied: ‘The mindless Arius; he has separated from Me people whom I had obtained with My Blood’ (St. Demetrius of Rostov, Lives of the Saints, November 25). So not only Arius, but all those who followed him, had been separated from the Church by the anathema of Her First Bishop, the Lord Jesus Christ, years (or rather, aeons) before even the first ‘local’ anathema had been uttered. All heresies and heretics are anathematized ‘from all eternity’ by the eternal Lord, for just as every truth is approved by the Truth Himself from all eternity, so is every lie condemned by Him from all eternity, being condemned with "the father of lies" to the gehenna of fire (Revelation 22.15).

    “The task of hierarchs on earth is to discern the decisions of the heavenly Church, and then apply these heavenly decisions on earth, in space and time. As St. Bede the Venerable (+735) writes: ‘The keys of the Kingdom designate the actual knowledge and power of discerning who are worthy to be received into the Kingdom, and who should be excluded from it as being unworthy’ (Sermon on the Feast of Saints Peter and Paul, P.L. 94, col. 219). From this point of view, it matters not a jot whether a heretic is anathematized locally or universally, since he has already been anathematized by the heavenly Church. Or rather, it matters in this sense: that if the heretic has been anathematized locally, but this anathema is not accepted by the rest of the Church, then the rest of the Church is under the grave danger of falling under this same anathema. For the local anathema, if it is just, is the reflection of a heavenly anathema; and the anathema of the heavenly Church is universal….

    “This explains why, when local Churches anathematized a heresy, they never qualified the anathema (as you, Fr. Alexander, would like to qualify the ROCA's anathema against ecumenism) by saying: ‘but of course, this applies only to the heretics in our local Church’. On the contrary: history shows that local Churches freely anathematized heretics, not only in their own Churches, but also in others. Thus Nestorius, a heretic of the Church of Constantinople, was first condemned by a local Synod of the Church of Rome under St. Celestine; the Monothelite heretics were first condemned by a local Synod, again, of the Church of Rome; and the Papist heretics were first condemned by a local Synod of the Church of Constantinople.

    “Consider what St. Maximus said of the Monothelites: ‘In addition to having excommunicated themselves from the Church, they have been deposed and deprived of the priesthood at the local council which took place recently in Rome. What Mysteries, then, can they perform? Or what spirit will descend upon those who are ordained by them?’ Note that the saint says that the heretics have excommunicated themselves; for as the Apostle Paul writes, ‘he that is such is subverted, and sins, being condemned of himself’ (Titus 3.11). But the heretics' self-condemnation and self-exclusion from the Church as a mystical organism must be followed by their exclusion from the Church as an external organization, lest others be infected with their heresy. Hence the need for councils of bishops to anathematize them, following the rule: ‘A heretic after the first and second admonition reject’ (Titus 3.10), and: ‘If he refuses to listen to the Church, let him be unto you as a heathen and a publican’ (Matthew 18.17). And clearly St. Maximus considered that the anathema of the local Church of Rome had validity throughout the Ecumenical Church.

    “Administrative matters and moral falls are the business of local Churches and councils. However, heresies of their very nature are of universal significance, having the potential to infect the whole Church. That is why the appearance of a heresy in one local Church is not the business only of that local Church, but of all the local Churches - and every local Church can and must anathematize it.

     “Even the anathema of single bishopric has universal power and validity if it is uttered in the Holy Spirit, in accordance with the eternal Truth. Thus in 1069 the bishops of the metropolitanate of York, in the north of England, solemnly anathematized both the Pope of Rome and his stooge, William the conqueror, the first papist king of England. All the evidence is that they did not know that the Church of Constantinople had already anathematized Rome in 1054. So they were not simply confirming the word of a higher authority. They did not need a higher authority. They were successors of the apostles, with the power to bind and to loose. And they used that power, not for personal gain (on the contrary: they paid for their boldness with their lives), even against the most senior bishop in Christendom…

     “In the same way, in 1983 the Sobor of Bishops of the Russian Church Abroad, using the power to bind and to loose given them by the Bishop of bishops, the Lord Jesus Christ, translated onto earth, into space and time, the completely binding and universally applicable decision already arrived at from all eternity by the Council of the Holy Trinity, the Father, the Son and the Holy Spirit. Ecumenism is, was and always will be a heresy, indeed ‘the heresy of heresies’, and the ecumenist heretics are, were and always will be outside the Church, the mystical Body of Christ. The decision of the ROCOR Sobor in 1983, confirmed with no change to its universal wording in 1998, expelled these already self-condemned and Divinely condemned heretics also from the external organization of the Church - and woe to any man, of whatever Church, who despises that decision, for he will then surely fall under the same anathema…”[4]

 

  Conclusion

     Just as there is no deadlier weapon in the armoury of the Church than the weapon of anathema, which casts heretics out of the Church and places them, unprotected by the Church’s blessing, before the throne of God’s fearsome justice, so there is no more serious sin than to deny, mock, misinterpret or in some other way diminish the seriousness and significance of the Church’s anathemas, thereby diminishing the fear of God among the faithful and aiding and abetting the spread of heresy. The anathemas of 1918 against Bolshevism and of 1983 against ecumenism constitute the two most important doctrinal declarations of the One, Holy, Catholic and Apostolic Church in the twentieth century. Between them they cast the proponents of “ecucommunism”[5] out of the Church, and guaranteed the survival of True Orthodoxy into the twenty-first century.

     In July, 1937 a secret Council of the Russian Catacomb Church took place in Ust-Kut, Siberia. Although the existence of this Council is not well-known, its existence is vouched for by three independent sources. Fr. John would do well to take note of the first three canons of this Council:-

    “1. The Sacred Council forbids the faithful to receive communion from the clergy legalized by the anti-Christian State.

    “2. It has been revealed to the Sacred Council by the Spirit that the anathema-curse hurled by his Holiness Patriarch Tikhon is valid, and all priests and Church-servers who have dared to consider it as an ecclesiastical mistake or political tactic are placed under its power and bound by it.

    “3. To all those who discredit and separate themselves from the Sacred Council of 1917-18 – Anathema!”

 

    What was said here in relation to the anathema of 1918 will undoubtedly one day be said by another True Orthodox Council about the anathema of 1983. Those who discredit and separate themselves from it will be under anathema. For “whosoever shall fall on this stone shall be broken: but on whomsoever it shall fall, it will grind him to powder…” (Matthew 21.44).

 

August 19 / September 1, 2005; revised September 6/19.

 


    [1] Nikon, Zhizneopisanie Blazhennejshago Mitropolita Antonia, New York, 1960, vol. VI, pp. 151-152.

   [2] Archpriest Lev Lebedev, Velikorossia, St. Petersburg, 1999, p. 577.

  

[3] Shaw, “Re:[orthodox-synod’ Re: 50TH ANNIVERSARY OF THE ROCOR, orthodox-synod@yahoogroups.com, 31 August, 2005.

   [4] V. Moss, “Re: [paradosis} The Heresy of Universal Jurisdiction”, orthodox-tradition@egroups.com, October 12, 2000.

   [5] V. Moss, "Ecucommunism", Living Orthodoxy, September-October, 1989, vol. XI, № 5, pp. 13-18.

 

*********************************************************************************************************

La Ley de Dios

Metropolitan Philaret

Traducido por Diacono Juan Alvarado (Climaco)

                    La Obligación Cristiana de Conocer a Dios

 

     Si nuestra primera obligación básica hacia Dios es la de amarle, entonces se sigue de esto naturalmente que debemos conocerle. El ser humano ni amará, ni podrá amar a alguien a quien no conoce.

     Tenemos que darnos cuenta de que la necesidad de conocer a Dios es una de las obligaciones menos cumplidas por nosotros. ¡Qué diferente era en los tiempos anteriores, cuando el interés en materias teológicas y conocimiento religioso era tan profundamente sentido por las almas Ortodoxas! San Gregorío el Teólogo testifica que en su tiempo incluso los mercaderes en el mercado volvían de sus asuntos comerciales para discutir la consubstancialídad del Hijo de Dios.

     Ahora, muchas personas inteligentes, a veces los que escriben y hablan sobre temas puramente Cristianos, temen de manera positiva toda teología. Tienen tendencia a considerar todas sus explicaciones y cuestiones como algo remoto y extraño de la vida circundante.

     Y por causa de esto, ha aparecido una opresiva ignorancia religiosa: una falta de conocimiento de las verdades básicas de la fe. Tomad, por ejemplo, las masas de personas Rusas inteligentes y educadas. Os enumeraran, sin error, todos los zares de casa de Romanov, o los principales escritores Rusos, etc. Se considera una desgracia para, una persona Rusa no conocer esto. Por el contrario, preguntadles los principales dogmas de la Fe Cristiana, o el nombre de los doce apóstoles de Cristo (personajes que hicieron incomparablemente más por la humanidad que cualquier zar o escritor) y en nueve de diez casos, el resultado será lamentable. Aún es peor el hecho que ninguno considerará esta ignorancia como una desgracia, y estas personas incluso lo admiten con la mayor inconciencia despreocupada.

     Es absolutamente necesario que todo Cristiano Ortodoxo tenga un conocimiento del contenido de su fe y de sus verdades básicas: el dogma de la Trinidad, del Amor Divino, de la Encarnación, de la muerte salvadora y de la Resurrección del Salvador, y del futuro destino del mundo y de la humanidad, etc. Estas cuestiones no son algo lejano e insignificante; por el contrario, son vitales y muy importantes para nosotros, pues el sentido total de la vida depende de estas respuestas.

     Todas estas cuestiones se incorporan en una sola cuestión: ¿Hay un Dios y Quién es? Estas son cuestiones importantes incluso para las personas que únicamente creen. Para las personas verdaderamente creyentes, el saber acerca de Dios es conocer lo que El significa para nosotros y cuál es Su voluntad con respecto a todos nosotros. Este es el básico conocimiento de la vida y el más importante y valioso. Realmente, la misma vida Ortodoxa está definida ante todo por el conocimiento de Dios. El Señor Mismo, cuando oraba a Su Padre, decía: "Esta es la eterna vida, que ellos Te conozcan, el Unico Verdadero Dios y a Aquel que Tú enviáste."

     Por todo esto, vemos que el conocimiento de Dios es nuestro inmediato deber Cristiano, así como el camino para lograrlo, además del estudio de la teología, es la contemplación de Dios. La contemplación de Dios es la descripción de la manera espiritual en que el ser humano se introduce y se mantiene en su conciencia, el pensamiento de Dios, de Sus altísimas propiedades, el asunto de nuestra salvación y de nuestro eterno futuro, etc. Tal contemplación de Dios es amada especialmente por nuestros ascetas, pero, desgraciadamente, no es siquiera familiar para la mayor parte de nosotros.

     El conocimiento de Dios no es, sin embargo, la aceptación y memoria meramente racional de nuestra Cristiana enseñanza Ortodoxa de fe y de vida. El Cristianismo es una Vida viviente, una experiencia del corazón humano, y por ello, es aceptado de manera desigual por las personas. Cuanto más ha experimentado una persona su fe en su vida personal, en la experiencia interior de su lucha y anhelo interiores de vivir de acuerdo con el Evangelio de Cristo, más profundamente asimila el Cristianismo. Pero si una persona trata secamente su fe, con formalismo meramente exterior, y no está guiada por los llamamientos del Evangelio de Cristo en su vida personal, no aceptará el Cristianismo ni en su alma, ni en su corazón, y como resultado de esta actitud suya, el contenido profundo de las verdades de la Fe de Cristo permanecerán ajenas y realmente desconocidas para ella.

La Necesidad de La Oración

El conocimiento de dios está basado naturalmente en la fe. Esta fe es la primera respuesta del corazón humano al contenido de las verdades religiosas, un acuerdo y una aceptación de ellas. A medida que la fe se fortalece y se hace más profunda, eventualmente trae al corazón humano la paz en Dios, a una esperanza Cristiana en Dios. Por otra parte, la Ortodoxia nos enseña que la fe Cristiana está inseparablemente unida al amor a Dios. Y el amor siempre demanda una relación viviente y personal con aquél a quien amamos. En nuestra relación con Dios, este amor ante todo se manifiesta en la oración.

     Uno que no ora no es Cristiano... La oración es el elemento primero y más esencial en nuestra vida espiritual. Es el aliento de nuestra alma, y sin él, el alma muere, exactamente como el cuerpo muere sin aire. Todas las funciones vitales del cuerpo dependen de su respiración. Exactamente de la misma manera, la vida espiritual de uno depende de la oración, y una persona que no ora a Dios está muerta espiritualmente.

     La oración es la conversación del ser humano con Dios. Quien recuerda, conoce y ama a Dios, infaliblemente se dirigirá a El en oración. Hay una opinión muy seriamente errónea de la oración que ahora está ampliamente extendida. Alguien dijo: "Uno no tiene que forzarse a orar. Si deseo orar, oraré; si no hay deseo, no hay necesidad de orar."

     Esto significa una falta total de comprensión del asunto. ¿Qué podríamos realizar en la actividad mundana, si no nos forzáramos en alguna cosa, sino que solamente hiciéramos lo que deseábamos hacer, o mucho más en la vida espiritual, donde todo lo que es precioso y significativo se adquiere por medio de la fuerza, por la lucha del trabajo sobre uno mismo? Recordemos nuevamente que de acuerdo con nuestro Salvador, el Reino de Dios (y todo lo concerniente a él) es alcanzado por medio de la fuerza. Por tanto, es indispensable para un Cristiano aceptar firmemente en su corazón que tiene que orar no importa qué, sin tener en cuenta su deseo o falta de deseo. Si tienes un buen deseo de orar, agradece a Dios de Quien viene todo bien, y no pierdas la oportunidad de orar con toda tu alma. Si no tienes este deseo, y llega el tiempo de la oración, entonces es necesario que te fuerces, animando a tu letárgico y perezoso estado anímico, recordándole que la oración (como toda buena obra) es lo más precioso ante los ojos de Dios cuando se da con dificultad. El Señor no desdeña oración alguna, si oramos sinceramente, de la mejor manera que sepamos, aún cuando no hayamos desarrollado el hábito de la oración completamente y con fervor infatigable.

     El que vive incluso una parcial vida espiritual Cristiana, siempre encontrará algo sobre lo que orar a Dios, porque para esa persona, Dios es un Padre amante, un Poderoso Protector y una inagotable Fuente de ayuda y fuerza. El Cristiano se apresura a dirigirse a El en la necesidad y la pena, como un niño se dirige a sus padres...

     En Su conversación con la Samaritana, nuestro Señor declaró que: "Los verdaderos adoradores adoran al Padre en Espiritu y en Verdad." Esto es el principio básico en la oración Cristiana. Tiene que ser realizada en espíritu y verdad, y al orar, un Cristiano tiene que reunir todas sus fuerzas espirituales en un concentrado y profundo esfuerzo en si mismo, en su alma y contemplar las palabras de la oración. Naturalmente, cuando tenemos una noción correcta de la oración, comprendemos que es imposible dar el nombre de 'oración' al mero hecho de estar presente en la oración o leyéndola con la lengua, mientras nuestros pensamientos están lejos de ella. San Juan Crisóstomo dice de tales "oraciones": "Tu cuerpo está dentro de la iglesia, pero tus pensamientos han volado a sabe Dios donde. Los labios pronuncian oraciones, pero la mente cuenta utilidades, cosechas, bienes raices y amigos... Tú no escuchas tu propia oración. ¿Cómo esperas que Dios escuche la tuya?.. Un Cristiano no tiene que orar de esa manera: él ora en espiritu y verdad. Ora en espíritu, concentrado en la profundidad de su "YO," por medio de profundas experiencias del corazón. Ora en verdad y no hipócritamente, sino dentro del marco sincero de la mente, en verdadera súplica a la Verdad Encarnada: a Cristo el Salvador.

     Naturalmente, esto no anula (a pesar del error Protestante) la necesidad de la oración externa, sino que solamente requiere su unión con la oración interior. El ser humano no es un ángel: su alma no vive sin el cuerpo, justamente como el cuerpo no vive sin el alma. El Apóstol Pablo dice: Glorificad a Dios en vuestros cuerpos también, y en vuestras almas, que son de Dios. Por consiguiente, la noción más básica y completa de oración es que ambos estén presentes: lo interno y lo externo. Ambos se unen estrechamente: tanto la experiencia interna de la súplica del ser humano a Dios, como la actividad exterior: postraciones, permanecer en pie, hacer el signo de la cruz y acciones variadas en los Servicios Divinos.

     Ordinariamente, hay tres tipos distintos de oración: peticiones, glorificaciones y acciones de gracias. En nuestros libros de oración y Servicios Divinos, estos tres tipos se aplican, complementándose mutuamente entre sí.

     Una persona que ora a Dios debe recordar que la oración camina sin oírse, si es sincera y respira de fe viviente. El Mismo Señor dice: "Todo es posible para el que cree." Sin embargo, el Apóstol Santiago o Jaime explica qué destructiva es la duda en la oración, diciendo que uno que duda es como una ola del mar, sacudida y agitada, de acá para allá por el viento. Semejante persona no debiera esperar recibir algo del Señor. En el Santo Evangelio, por otra parte, frecuentemente leemos cómo el Señor al curar a los que venían a El, les decía: "Que se cumpla según tu fe... Tu fe te ha sanado." Pero creyendo firmemente en la fuerza, misericordia y ayuda de Dios, un Cristiano no debe olvidar que toda petición para sus deseos tiene que someterse a la santísima Voluntad del Padre Celestial, Quien sabe lo que necesitamos. En tal estado de fe y conformidad con la voluntad de Dios, daremos las gracias a Dios, tanto si el Señor cumple nuestra demanda, como si no la cumple. Esto es completamente natural, puesto que tal persona cree absolutamente que la sabiduría y el amor de Dios dirigen todo para el beneficio y el bien del ser humano. Con mucha razón, cantamos en la oración de la Iglesia: "Oh, Tú! que con sabiduría profunda, ordenas misericordiosamente todas las cosas, y das lo que es conveniente para todos los seres humanos."

 

El Modelo de la Oración Cristiana

 

Para los cristianos ortodoxos, el modelo de oración es, naturalmente, el "Padre Nuestro" (la oración del Señor). Si observamos su composición y contenido, vemos que, exteriormente, está dividida en tres partes: invocación, siete peticiones, y una glorificación. En su contenido interior puede dividirse en tres «partes comunes: la principal, que encierra una invocación y las tres primeras peticiones: la del pan diario, y tres peticiones acerca de los pecados personales.

     ¿Cuál es la cosa más importante por la que un Cristiano debe orar? Por la finalidad por la cual debemos empeñarnos más: el Reino de Dios y Su Verdad. Vemos que ésta es la primera parte de la oración. Al apelar a Dios como el Padre Celestial, un Cristiano Ortodoxo testifica que nuestra verdadera patria no está en la tierra, sino en el Cielo. "Nuestra morada está en el Cielo dice firmemente el Apóstol."

     En esta apelación al Padre, un Cristiano ora que el Nombre de Dios sea santificado, tanto en la vida personal de cada uno de nosotros, como en la historia humana. Es santificado especialmente, cuando nosotros, Ortodoxos Cristianos, por medio del ejemplo de nuestras propias vidas, conducimos a los incrédulos a glorificar el Nombre de nuestro Padre Celestial.

     Además de eso, oramos para que el Reino de Dios sea manifestado sobre la tierra. Observando la vida, vemos en ella una lucha constante entre dos principios: la luz y la oscuridad, la verdad y la falsedad, lo bueno y lo malo. Cuando vemos esto, no podemos menos de orar para que se produzca una victoria de la luz sobre las tinieblas y que triunfe el Reino de Dios: el reino de la Verdad y del Bien.

     En la tercera petición de la oración del Señor, oramos para que la voluntad de Dios se cumpla en la vida del ser humano, del mismo modo que se cumple en el mundo Celestial. La conciencia Cristiana es sabedora y firmemente nos convence que no solamente es nuestro deber, sino que es sabiduría real y la verdad de nuestra vida someterse a la voluntad de Dios. El Padre Celestial sabe lo que es beneficioso y necesario para cada uno de nosotros, y por Su infinito Amor y Bondad, nos desea el bien y la salvación aún más que lo deseamos nosotros mismos. Por eso, el Apóstol Pedro dice: "Poned todas vuestras ansiedades en El; porque El tiene cuidado de vosotros" (1 Pedro 5:7)      La cuarta petición de la oración del Señor es la única que trata de las necesidades corporales. Nosotros también nos dirigimos a Dios y Le rogamos por todo lo que es necesario para la vida del cuerpo...

     La quinta petición de la oración del Señor se refiere al perdón de los pecados. En esta petición, como en toda Su enseñanza, nuestro Salvador manifiesta claramente que es condición indispensable para recibir el perdón de los pecados por parte de Dios, nuestro propio perdón de las deudas de nuestro prójimo. Pero ¡cuántas veces hacemos esta petición falsamente. Leemos: "Perdónanos nuestras deudas, como perdonamos a nuestros deudores," mientras que realmente ni perdonamos, ni olvidamos, sino que estamos ofendidos y guardamos la vejación en nuestro corazón, e incluso un deseo de venganza. Por lo tanto, cada vez que un Cristiano repita esta petición, tiene que considerar si ha perdonado a sus enemigos y ofensores. Si no, ¿cómo espera él perdón de Dios para si mismo?

     Las dos últimas peticiones, la sexta y la séptima, hablan de una cosa: las causas del pecado. En la primera rogamos que su embrión sea arrancado de nosotros, es decir, que seamos liberados de incitaciones y tentaciones, y después que seamos liberados del 'maligno,' esto es, de la raíz de todos los pecados: Satán. Generalmente, las gentes temen desgracias exteriores: bancarrotas, enfermedades, pobreza, etc. El Cristianismo nos enseña a temer más por nuestra alma inmortal. "No temáis a los que matan el cuerpo pero no pueden dañar al alma," dijo nuestro Señor, "sino más bien temed al que puede destruir el cuerpo y el alma." Con respecto a desgracias exteriores, particularmente juicios y persecuciones sufridos por la Fe, nuestro Señor dijo a los que los sufren: "Regocijaos y estad alegres, pues vuestra recompensa en los Cielos será grande."

     No son las desgracias exteriores y la pobreza lo que tienen que temer los Cristianos Ortodoxos, sino más bien deben temer sus propios pecados y caídas. Todos sabemos qué acostumbrados estamos a pecar, literalmente a pecar a cada paso y a cada momento de nuestra vida. El pecado es una violación de la Verdad de la Ley de Dios, y el resultado del pecado es sufrimiento y pesadumbre. La oración del Señor instila en nuestros corazones una gran aversión contra estos males espirituales, de manera que, mientras confesamos humildemente nuestra debilidad e inclinación al pecado, rogamos a Dios que nos preserve de caer en pecados y nos libere del malvado dueño del pecado: el diablo.

     Al final de estas siete peticiones, se ha añadido una solemne glorificación del poder de Dios, la autoridad y la gloria. NOTA las palabras: "Pues Tuyos son el Reino, el poder y la gloria," no forman parte de la oración del Señor, sino una respuesta litúrgica a la misma, incluida por el Evangelista. El hecho de aparecer en el Evangelio muestra cuán antigua es la Liturgia. Esta glorificación de la grandeza de Dios contiene una expresión filial de convicción resuelta y clara de que todo cuanto pedimos nos será dado por el Amor del Padre Celestial: pues Suyos son el Reino, el Poder y la Gloria, por los siglos de los siglos. Amén."

    La oración del Señor no es la única oración de glorificación, no obstante. Hay oraciones que son simplemente y exclusivamente glorificaciones, como: "Alabanza al Nombre del Señor" o Santo, Santo, Santo!" No las empleamos frecuentemente, pero son representativas de los finales de nuestras oraciones, especialmente en los Servicios Divinos. Las oraciones de glorificación tienen que ser consideradas como especialmente elevadas, pues en ellas, expresamos amor Cristiano hacia Dios y nos inclinamos ante el Altísimo.

     El tercer aspecto de la oración es la Acción de Gracias. Es muy comprensible que un Cristiano que ama a Dios y sabe de Su Amor, misericordia y beneficios innumerables, pueda menos que experimentar sentimientos de acción de gracias en su corazón. La oración mas importante de Acción de Gracias es el más importante Servicio Divino: La Santa liturgia. Su parte principal se refiere al "Canon de Acción de Gracias (Eucarístico)" comenzando con las palabras: "Damos gracias al Señor" Y el puro sacrificio incruento, un sacrificio de verdad, un sacrificio del Cuerpo y la Sangre de Cristo, que es dado en la Santa Comunión, está cumplido por el Mismo Cristo, por Su Gracia y poder omnipotente, y es únicamente recibido por nosotros, con devoción de amor agradecido. Esta es la razón de que, en los momentos más importantes de la liturgia, el sacerdote exclama solemnemente: "Lo Tuyo Propio Lo Tuyo Propio, Te ofrecemos a Ti, en beneficio de todos por todos" mientras que el fiel responde con el himno de acción de Gracias: "Te cantamos himnos, Te alabamos, Te damos las Gracias a Ti ¡oh nuestro Dios!"

Oración, Fiestas y Ayuno

Ya hemos hablado de lo importante que es la oración para la vida espiritual de un Cristiano Ortodoxo. Pero, ¿cómo tenemos que orar? Dos clases de oración se practican en la vida del Cristiano Ortodoxo: 1) la privada, u oración que hacemos en casa, y 2) la oración de la Iglesia unificada. Cada una de ellas tiene características especiales. Nuestro Salvador dio instrucciones en el Evangelio sobre la oración privada: "Cuando oreís, entrad en vuestra cámara y cerrad la puerta, y orad a vuestro Padre que está en secreto; y tu Padre que ve en lo secreto te recompensará abiertamente" (Mateo 6:6). Y naturalmente, las oraciones privadas son básicas para nosotros. La oración es profundamente intima y sentida en el fondo del corazón. Todo aquél que haya tratado de descubrir la oración sentida en lo más hondo del corazón y 'afectuosa,' sabe perfectamente lo fácil y natural que es orar en soledad, en silencio y paz. Además, nuestro Señor nos previene firmemente contra la oración hipócrita hecha para aparentar piedad, para obtener alabanza de las gentes.

     Cuando un Cristiano ora a Dios, debe procurar contemplar las palabras de las oraciones que está leyendo, y concentrar su pensamiento en el contenido de las oraciones. Todos sabemos qué difícil resulta luchar contra la presión del exterior de pensamientos e imágenes que incansablemente acosan a la persona que ora. Esto nos llega tanto de nuestra distracción personal, como de la acción indirecta del poder del mal. La tarea del Cristiano es aplicar todas sus potencias para zafarse de todos estos pensamientos (que a veces son impuros) que le atormentan y orar concentrándose lo más posible y con toda piedad. Debemos recordar siempre que todo duro ataque de pensamientos e imágenes, particularmente si son sucias o blasfemas nos viene directamente de Satán, y la lucha de combatir estos pensamientos es una lucha directa contra el maligno. Por consiguiente, recibimos un gran beneficio de una lucha semejante.

     Generalmente, oramos con las oraciones de la Iglesia que aprendemos desde la niñez (o desde que comenzamos a vivir la vida Ortodoxa, como conversos). Esto es muy necesario, porque ellas nos conducen a esa atmósfera de oración por la cual respira toda la Iglesia. En cuanto a esto, debemos velar a no deslizarnos en una lectura automática y mecánica o rutinaria de oraciones, y por consiguiente sin atención, ni penetración en el sentido y significado de las palabras de la oración. Para esto, se demanda una plena reverencia y concentración de la atención, para que realmente oremos y conversemos con el mismo Dios.

     De acuerdo con los testimonios armónicos de los ascetas de la oración (Teofanio el Recluso, San Juan de Kronstadt, etc). además de la lectura de las oraciones de la Iglesia, debiéramos añadir la oración con palabras propias, sobre las necesidades personales nuestras y las necesidades de nuestros prójimos. Frecuentemente, un Cristiano no puede expresar plenamente sus sentimientos y experiencias personales con las palabras de las oraciones escritas. En casos semejantes, una viviente oración sincera con palabras propias personales está apropiado, junto con la confesión de las faltas diarias nuestras, con expresiones del intento personal para luchar, con la ayuda de Dios, contra nuestras faltas diarias. Tal oración personal debe venir de las profundidades del alma humana.

     Solamente la persona que desarrolla en si misma una oración privada penetrante y constante, puede participar correctamente en las oraciones públicas de la Iglesia. Esta participación es una necesidad 'real' para todo Cristiano. El mismo Señor dijo: "Donde dos o tres (miembros de la Iglesia) se reúnen en Mi nombre, Yo estaré en medio de ellos." El Patriarca Ecuménico y gran maestro de oración, San Juan Crisóstomo, dice: "Naturalmente, uno también puede orar en casa: pero no podéis orar allí, como hacéis en la iglesia, donde tantas personas están reunidas, donde una voz armoniosa sube hasta Dios: pues aquí hay algo más grande: unidad de mente, una unión de amor, las oraciones del sacerdote. Durante la oración pública, no solamente las personas elevan sus voces a Dios, sino juntamente con ellas, los ángeles y los arcángeles glorifican al Señor." Por lo tanto, la oración en la iglesia tiene un carácter preeminentemente sagrado y éste es dado por la Gracia del Espíritu Santo que, como sabemos, vivifica nuestra vida espiritual, cooperando con nuestros personales efectos espirituales.

     Un sacerdote sirve en la Iglesia: no es sacerdote porque reciba una educación eclesiástica, o porque tenga una vocación para servir en la Iglesia. Todo esto solamente le prepara para el servicio pastoral. Es sacerdote solamente porque fue consagrado para ello en la ordenación, y entra a través del Misterio del sacerdocio a la dignidad de un pastor de la Iglesia. Así es que nuestra iglesia es una iglesia consagrada, con un santo altar especialmente consagrado. De acuerdo con la palabra de la Santa Escritura, nuestra iglesia es una casa de oración. El Señor nos dio un ejemplo del honor debido a la casa de Dios cuando, Su permanencia terrena, la limpió dos veces de todo desorden e indecencia o falta de decoro. En los Servicios Divinos, repetidamente escuchamos a la Santa Iglesia exclamar: "Por esta santa casa y por todos los que, con fe, reverencia y temor de Dios entran en ella, oremos al Señor." Cada uno de nosotros debemos entrar en la iglesia en esta disposición de ánimo, recordando que aquí estamos ante la Faz del Mismo Señor.

     Una de las mayores y más evidentes deficiencias de nuestra vida contemporánea es nuestra incapacidad de celebrar nuestras fiestas de un modo Cristiano. Nuestras vidas están establecidas de tal manera, que predominan en ella los intereses de carácter puramente terrenal en ellas. Trabajos, preocupación por el impuesto sobre la renta y las triviales impresiones del día: todo esto llena nuestro tiempo y el hombre no tiene tiempo para sencillamente pensar acerca de su alma, sus demandas y necesidades. Nuestras fiestas son ventanas abiertas en nuestras vidas incoloras de vanidad y de preocupaciones mundanales. Ellas nos enseñan que este mundo no está tan vacío y empobrecido como a veces nos parece, pues, sobre todo, hay un mundo diferente que da a nuestra alma alegría y paz inefable. ¿Quién no conoce el gozo profundo que llena el corazón de un Cristiano Ortodoxo en los días de la fiesta máxima: la Pascua, la Radiante Resurrección del Señor?

     ¡Cuántas veces los días de conmemoración Cristiana y de triunfantes festividades se nos convierten en días de incluso mayor vacuidad y de trivialidad sin sentido y significado! Una fiesta es un día especial de Dios que debe ser dedicado tan plenamente como sea posible a la oración y a las buenas obras de Cristiana misericordia y caridad más ardiente. En nuestros tiempos, las fiestas son tratadas como otro día cualquiera y, a veces, las gentes incluso las emplean en dormir más, paseando, divirtiéndose y, algunas veces también, en relajación y embriaguez. ¡Con cuánta frecuencia vemos a la gente, o incluso que clubs, sociedades e instituciones organizan sus "bailes" y diversiones las vísperas de las fiestas ... ! ¡Esto es una costumbre repugnante y no Cristiana! ¿En qué se diferencian estas personas de los paganos y atéos?

     Aún más reprensible es el modo en que muchas personas consideran los ayunos que la Santa Iglesia nos ha dado. Nosotros tenemos muchos ayunos: cuatro largos (Gran Cuaresma, Ayuno de Santos Pedro y Pablo, ayunos de la Dormición y la Navidad) y también otros más cortos: los ayunos semanales de los miércoles y viernes e incluso los lunes en los monasterios. E igualmente, debe observarse un ayuno estricto la víspera de Navidad, Epifanía, la Degollación del glorioso profeta Juan Bautista y Precursor del Señor, la Exaltación de la vivificante Cruz, la Semana de Pasión, muy especialmente el Viernes Grande y Santo.

     Es sorprendente y totalmente 'no-Cristiano' el comportamiento de tantos y tantos de nosotros en relación con estos ayunos de la Iglesia. Estos ayunos son violados por las personas sin el menor remordimiento, como si se tratara de algo insignificante. Por otra parte, la Iglesia enfoca muy seriamente este asunto, y excluye de la Santa Comunión a los que rechazan guardar los ayunos sin causa. San Serafín de Sarov dijo con precisión: "El que no observa los ayunos no es Cristiano, sin tener en cuenta ninguna clase de consideraciones ...." El ayuno es absolutamente indispensable al ser humano. Desde su aspecto exterior, es un combate de absoluta obediencia filial a la Iglesia, cuyas regulaciones son del Espíritu Santo, y no algo que puede ser descuidado y desdeñado. Desde el punto de vista interno, es una lucha de freno y auto-limitación. En esto reposa el gran valor y el sentido del ayuno, ya que una estricta observancia de los ayunos atempera la voluntad propia y perfecciona el carácter de quien es firme en sus convicciones religiosas, así como de sus acciones. No olvidemos que Cristo ayunó El mismo, y previno que Sus Apóstoles ayunaran también.

     Escuchamos a la gente que proclama que el ayuno es dañino para la salud. Pero el ayuno estricto no se exige a las personas enfermas, que ayunan solamente de acuerdo con sus fuerzas. Lo más importante que debiéramos recordar es que, solamente las personas que no ayunan son las que hablan de la nocividad del ayuno. Pero las que lo observan nunca dirán esto, pues saben por su propia experiencia personal que, no solamente el ayuno no es nocivo, sino que es positivamente benéfico para la salud del cuerpo.

     No obstante, el ayuno no es meramente una restricción de alimento. Durante los días de los ayunos, la Iglesia canta: "Mientras ayunamos corporalmente, ayunemos también espiritualmente." El verdadero ayuno incluye obras de Cristiana misericordia. El verdadero ayuno es una enajenación (desunión) del maligno, una restricción de la lengua, un abandono de la ira, una destrucción de los vicios y una revelación de la falsedad... Así, pues, para un Cristiano, el ayunar es un tiempo de restricción y autoeducación en todos los aspectos, y un 'real' ayuno Cristiano da a los creyentes una gran satisfacción moral. El gran maestro de ascetismo Cristiano, el Obispo Thephan el Recluso, dice acerca del ayuno: "El ayuno parece sombrío hasta que descendemos al combate: pero empieza y verás qué luz trae después de la tiniebla, qué libertad después de las cadenas, qué alivio después de una vida gravosamente pesada.

 

**********************************************************************************************************************

 

О Катакомбной Церкви

 

Послание Первоиерарха Русской Православной Зарубежной Церкви Митрополита Филарета о страждущей Истинно-Православной Катакомбной Церкви-Сестре на Родине



 

 

 

   В недавние дни советское правительство в Москве и по разным концам света праздновало новую годовщину приведшей его к власти Октябрьской революции 1917 года.

Мы же в эти дни вспоминаем начало крестного пути Pyccкой Православной Церкви, на которую с тех пор как бы обрушились все силы ада.

   Встречая отпор со стороны сильных духом Архипастырей, пастырей и мiрян, коммунистическая власть для борьбы с религией с первых же дней стала пытаться ослабить Церковь не только избиением сильнейших духом ея вождей, но и путем искусственного создания расколов.

   Так возникли т. наз. «Живая Церковь» и обновленческое движете, носившие характер навязываемой Церкви протестантско-коммунистической реформации. Несмотря на поддержку Правительства, этот раскол был сокрушен внутренними силами Церкви. Слишком явно для верующих «Обновленческая Церковь» была неканонична и изменяла Православию. Народ поэтому за ней не пошел.

   Вторая попытка, поеле смерти Патриарха Тихона и ареста Местоблюстителя патриаршего престола— Митрополита Петра, имела больше успеха. Советской власти удалось в 1927 году отчасти расколоть внутреннее единство Церкви. Тюремным заключением, пытками и специальной обработкой она сломила волю заместителя патриаршего Местоблюстителя митрополита Серия и добилась от него обнародования декларации о полной лояльности Церкви к советской власти, вплоть до того, что радости и успехи Советского Союза были объявлены митрополитом радостями и успехами Церкви, а неудачи - неудачами Ея. Что может быть более кощунственным, чем такая мысль, справедливо в то время оцененная многими, как попытка совместить свет со тьмою и Христа съ велиаромъ. Подписать подобную декларацию отказались в свое время и патриарх Тихон и митрополит Петр, и другие Местоблюстители Патриаршаго Престола, за что последние и подвергались арестам, заключениям и ссылкам.

   Протестуя против этой декларации, обнародованной митрополитом Сергием единолично, без согласия подавляющего большинства епископата Русской Церкви, в нарушение т. об. 34 апостольского правила, многие епископы, находившиеся тогда в лагерях смерти на Соловках, писали митрополиту: «Всякое правительство может иногда принимать решения безрассудные, несправедливые, жестокие, которым Церковь вынуждена подчиняться, но не может им радоваться и одобрять. В задачу советского правительства входит искоренение религии, но успехи его в этом направлении Церковь не может признать своими успехами» (Открытое письмо с Соловков от 27 сентября 1927 г.). Мужественное большинство чад Русской Церкви не согласилось с декларацией митрополита Серия, считая, что союза Церкви с безбожным советским государством, поставившим себе целью уничтожение христианства вообще, принципиально быть не может.

   Но раскол все-таки произошел. Меньшинство, принявшее декларацию, образовало центральное управление, так называемую «Московскую Патриархию», официально якобы признанную властями, а фактически не получившую никаких юридических прав от тех, которые продолжали, теперь безпрепятственно, жесточайшее гонение против Церкви. По словам Петроградского митрополита Иосифа, митрополит Серий, обнародовав декларацию, стал на путь «чудовищного произвола, человеко-угодничества и предательства Церкви интересам безбожия и разрушения этой Церкви».

   Большинство, отвергшее декларацию, начало иллегальное церковное существование. Почти все епископы были замучены и убиты в лагерях смерти, в их числе Местоблюститель Митрополит Петр, всеми почитаемый Митрополит Казанский Кирилл, Митрополит Петроградский Иосиф, который был расстрелян в конце 1937 года (он сидел в одной камере с Митр. Кириллом, расстреляны они были в один день и час за отказ признать богоборческую власть и советскую церковь, и, главное, за организацию и возглавление тайной Истинно-Православной Катакомбной Церкви – прим. Ред.), равно как многие другие епископы, тысячи священников, монахов, монахинь и мужественных мiрян. Чудом оставшиеся в живых епископы и священнослужители стали жить иллегально, совершать богослужения тайно, скрываясь от властей и положивши таким образом начало КАТАКОМБНОЙ ЦЕРКВИ в Советском Союзе.

    Мало доходило о ней сведений до свободного мiра. О ней долго молчала советская печать, желая представить дело так, что якобы за Московской Патриархией стоят все верующие в СССР. Существование Катакомбной Церкви даже старались вовсе отрицать.

    Но вот, после смерти Сталина и развенчания его деятельности, а особенно после падения Хрущева, советская печать все чаще и чаще стала писать о тайной Церкви в СССР, называя ее «сектой» ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН. Молчать о ней больше очевидно было невозможно, слишком она многочисленна и слишком много безпокойства она причиняет властям.

    Неожиданно в «Словаре Атеиста» (издательство политической литературы - Москва 1964 год), на страницах 123 и 124, заговорили открыто о КАТАКОМБНОЙ Церкви. «ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНЫЕ ХРИСТИАНЕ (ИПХ), - читаем в словаре, - ПРАВОСЛАВНАЯ секта, возникшая в 1922-24 годах. Оформилась она в 1927 году, когда митрополит Сергий провозгласил принцип лояльного отношения к советской власти». «Монархические» (мы бы сказали церковные) «элементы, объединившиеся вокруг Ленинградского» (Петроградского) «Митрополита Иосифа (Петровых) - ИОСИФЛЯНЕ», или, как говорит тот же словарь, ТИХОНОВЦЫ, «создали в 1928 году РУКОВОДЯЩИЙ ЦЕНТР - ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНУЮ ЦЕРКОВЬ (ИПЦ), объединили все группы и элементы, выступающие против Советского строя». Добавим от себя «безбожного». «...ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ направляла в села множество монахов, и монахинь», главным образом конечно священников, добавим опять от себя, которые совершали тайно богослужения и требы и «вели пропаганду против руководства Православной Церкви, т. е. против сдавшейся Советской власти Московской патриархии, «призывая не подчиняться советским законам», направленным, очевидно, против Церкви Христовой и веры. 

     По свидетельству «Словаря Атеиста», ИСТИННО ПРАВОСЛАВНЫЕ ХРИСТИАНЕ создавали и создают «домашние», т. е. тайные, «КАТАКОМБНЫЕ церкви и монастыри.... полностью сохраняя вероучение и обряды Православия». Они «не признают над собой власти православного патриарха», т. е. заменившего митрополита Серия, патриарха Алексея.

   «Стремясь оградить» ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН «от влияния советской действительности», главным образом конечно от безбожной пропаганды, «руководители их... используют миф об АНТИХРИСТЕ, который якобы господствует в мiре с 1917 года». Антихристова сущность Советской власти несомненна для каждого здравомыслящего человека, тем более для христианина.

    ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНЫЕ ХРИСТИАНЕ «обычно отказываются от участия в выборах», которые в Советском Союзе - стране лишенной свободы, являются просто комедией, «и других общественных мероприятиях, не принимают пенсий, не пускают своих детей в школы дальше четвертого класса...» Вот неожиданное советское свидетельство об истине, к которому нечего прибавить.

    Честь и хвала ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНЫМ ХРИСТЛАНАМ - героям духа и исповедникам, не склонившимся перед страшной властью, которая может держаться только страхом и насилием и привыкла к подхалимству своих подданных. Советские правители приходят в ярость от того, что существуют люди, которые боятся Бога больше нежели людей. Они безсильны перед миллионами ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСПАН. 

    Однако, кроме находящихся в Советском Союзе ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ и Московской патриархии, не имеющих ни молитвенного, ни бытового общения между собой, существует еще третья часть Русской Церкви - свободная от гонений и преследований безбожниками - Русская Православная Церковь Заграницей. Она никогда не порывала духовной и молитвенной связи с Катакомбной Церковью на Родине. После последней войны многие члены этой Церкви оказались за границей и влились в РУССКУЮ ЗАРУБЕЖНУЮ ЦЕРКОВЬ, чем еще больше укрепили связь между этими двумя Церквами, связь, которая поддерживается иллегально и поныне. Чем дальше идет время, тем все больше она крепнет и налаживается.

     Свободная, зарубежная часть Российской Церкви призвана говорить в свободном мiре от имени гонимой Катакомбной Церкви в Советском Союзе; она раскрывает всем то поистине трагическое положение верующих в СССР, которое так тщательно замалчивает безбожная власть с помощью Московской Патриархии; она зовет не потерявших стыда и совести людей на помощь гонимым.

    Вот почему беречь существование РУССКОЙ ЗАРУБЕЖНОЙ ЦЕРКВИ есть наш священный долг. Господь сердцеведец, попустивший Церкви Своей в Советском безбожном государстве подвергнуться гонениям, преследованиям и лишению всех прав, даровал нам - русским беженцам — в свободном мiре талант СВОБОДЫ, и Он ждет от нас приумножения этого таланта и умелого пользования им. И не имеем мы права зарыть его в землю. Пусть никто не дерзает говорить нам, что мы должны это сделать, пусть никто не толкает нас на смертный грех.

    За судьбы нашей Русской Церкви отвечаем перед Богом мы — русские епископы и никто в мiре не может нас освободить от этой священной обязанности. Никто лучше нас не может понять того, что происходит на нашей Родине, в чем никто не может сомневаться. Много раз иностранцы, даже православные и облеченные высоким церковным саном, делали грубые ошибки в отношении Российской Церкви и ложные заключения о ея теперешнем положении. Бог да простит им это, так как они не ведают, что творят.

   Вот почему - нравится ли это кому-нибудь или нет - РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ ЗАГРАНИЦЕЙ будет существовать и далее и будет возвышать свой голос в защиту веры.

   Мы не перестанем обличать безбожных гонителей веры и тех, кто лукаво содействует им под внешностью якобы представителей Церкви. В этом Русская Заграничная Церковь всегда видела одну из важных своих задач. Зная это, советская власть через своих агентов ведет с нею упорную борьбу, не останавливаясь ни перед какими средствами: ложью, подкупами, подарками и устрашением. Мы, однако, не остановим слова своего обличения.

     Заявляя о сем перед лицом всего мiра, обращаюсь ко всем братьям во Христе -ПРАВОСЛАВНЫМ ЕПИСКОПАМ и ко всем людям, коим дорога судьба гонимой Церкви Русской, как части Вселенской Церкви Христовой, за пониманием, поддержкой и святыми молитвами. Духовных же чад наших призываем твердо хранить истину Православия, свидетельствуя о ней и словом своим и особенно молитвенной, благочестивой христианской жизнью.

+ Митрополит Филарет

1-14/XI 1965. 

************************************************************************************

Представители Общества Ревнителей Памяти Блаженнейшего Митрополита Антония.             

Representatives of The Blessed Metropolitan Anthony (Khrapovitsky) Memorial Society :

Switzerland M-me Catharina Raevsky/ 6, Chemin du Champ d'Anier, 1209 Geneve

France:  T.R. Protodiacre, G.Ivanoff-Trinadzaty,  152 rue Joliot-Curie, Tassin la Demi Lune,  69160

Australia:  Mr. K.N. Souprounovich, 23 Farquharson St., Mount Waverley,Victoria 3149. 

Argentina: Sr. Jorge Rakitin, Fray Justo Sarmiento 2173/ 1636 Olivos Pcia. Bs. As.

Chile Sr. Oleg Minaeff,  Felix de Amesti 731,  Les Condes,  Santiago

Canada: Mr. Boris S. Dimitrov, 720 Montpellier, Apt 708, v. St. Laurent, PG H4L 5B5

US Central States: Mr. Valentin W. Scheglovsky, 6 Saratoga Ln. Ivanhoe Woods,  Plymouth, MN 55441

The Blessed Metropolitan Anthony Society published in the past, and will do so again in the future, the reasons why we can not accept at the present time a "unia" with the MP. Other publications are doing the same, for example the Russian language newspaper "Nasha Strana"(N.L. Kasanzew, Ed.)  and on the Internet "Sapadno-Evropeyskyy Viestnik" ( Rev.Protodeacon Herman-Ivanoff Trinadtzaty, Ed.). There is a considerably large group of supporters against a union with the MP; and even though our Society is new - only a few months old - it  already has representatives in many countries around the world including the RF and the Ukraine with membership of several hundred members. We are grateful for the correspondence and donations from many people that arrive daily.  With this support, we can continue to demand that the Church leadership follow  the Holy Canons and Teachings of the Orthodox Church. 

=============================================================================

ВЕРНОСТЬ (FIDELITY)  Церковно-общественное издание    

    “Общества Ревнителей Памяти Блаженнейшего Митрополита Антония (Храповицкого)”.

   Председатель “Общества” и главный редактор: проф. Г.М. Солдатов

   President of The Blessed Metropolitan Anthony (Khrapovitsky) Memorial Society and  Editor in-Chief: Prof. G.M. Soldatow  

   Acting secretary: Mr. Valentin  Wladimirovich Scheglovsky

   Please send your membership application to: Просьба посылать заявления о вступлении в Общество: Treasurer/ Казначей: Dr. Tatiana Alexeevna Rodzianko, 252 Rockland Lake Rd. Valley Cottage, NY 10989

   При перепечатке ссылка на “Верность” ОБЯЗАТЕЛЬНА © FIDELITY    

     Пожалуйста, присылайте ваши материалы. Не принятые к печати материалы не возвращаются. 

 

Нам необходимо найти людей желающих делать для Верности переводы  с русского  на  английский,  испанский, французский,  немецкий   и  португальский  языки.  

Мнения авторов не обязательно выражают мнение редакции.   Редакция оставляет за собой право редактировать, сокращать публикуемые материалы.   Мы нуждаемся в вашей духовной и финансовой поддержке.     

============================================================================

Сайт на интернете Общества Ревнителей Памяти Блаженнейшего Митрополита Антония: http://metanthonymemorial.org/

Сноситься с редакцией можно по е-почте:  GeorgeSoldatow@Yahoo.com  или

The Metropolitan Anthony Society, 

3217-32nd Ave. NE, St. Anthony Village,  MN 55418, USA

===============================================================================================