October/Октябрь 31

The Editorial Board is glad to inform our Readers that this issue of “FIDELITY” has articles in English, and Russian Languages.

С удовлетворением сообщаем, что в этом номере журнала “ВЕРНОСТЬ” помещены статьи на английском и русском языках.


1.   THE UNITY OF THE TRUE ORTHODOX CHURCH – part 2.  Dr. Vladimir E. Moss

2.   КТО ГОСПОДЕНЬ — КО МНЕ!  В.Д. Сологуб

3.   THE RUSSIAN GOLGOTHA,  The lives of the holy new martyrs and confessors of Russia. Dr. Vladimir E. Moss


* * *   

Those who attack the Church of Christ by teaching that Christ's Church is divided into so-called "branches" which differ in doctrine and way of life, or that the Church does not exist visibly, but will be formed in the future when all "branches" or sects or denominations, and even religions will be united into one body; and who do not distinguish the priesthood and mysteries of the Church from those of the heretics, but say that the baptism and eucharist of heretics is effectual for salvation; therefore, to those who knowingly have communion with these aforementioned heretics or who advocate, disseminate, or defend their new heresy of Ecumenism under the pretext of brotherly love or the supposed unification of separated Christians,   Anathema!

* * *

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу  * Glory to the Father and to the Son and to the Holy Spirit

Δόεα Πατρί καί Υίώ καί 'Αγίώ Πνεύματι

Общество Блаженнейшего Митрополита Антония, со времени своего основания, следуя примеру своего небесного покровителя, непрестанно стремилось объединить разразненные части, совсем еще недавно, бывшей единой Русской Православной Церкви Заграницей. Поэтому Общество с великим прискорбием относится ко всем возникающим распрям между этими разразненными частями и не поддерживает ни одну из них в отдельности, призывая их вновь сплотиться воедино для совместного противостояния унии с Московской Патриархии, пока МП не вернется на путь истиного Православия.

* * *

Где бы не были русские беженцы и эмигранты, всегда по близости находится их мать -- Зарубежная Церковь. Она их духовно окормляет, опекает и заботится о них. Они в ней молятся, крестятся, венчаются и умирают. Они в ней говеют, исповедоваются и причащаются. Они в ней встречают своих, близких по духу людей и соотечественников.

Русские люди, живущие на чужбине, да и конверты, благодарны Господу Богу, что у них есть Зарубежная Церковь ведущая их спасению душ. Для многих из них существование без нее было бы просто немыслимо.

А теперь? А теперь,  мы с ужасом наблюдаем как - презрев заветы Митрополитов Антония, Анастасия, Филарета и Виталия - духовенство Церкви,  не только уселось за один стол, и не только лобызается, но и сослужит с духовенством МП, становясь на необновленческий путь, не считаясь,  ни с церковными канонами, ни с традициями Церкви, ни с волей своей паствы - не желающей быть с прокоммунистическими и аморальными архиереями МП.

* * *


Dr. Vladimir E. Moss

III. Politico-Economic Differences. Lourié points out that the economic interests which have played such an important part in the MP-ROCOR unia have played very little part in the differences between the True Orthodox Churches – for the simple reason that the True Orthodox Churches have very little money or property.

The only real difference has consisted in the fact that, early in the 1990s, the Suzdal diocese under Bishop Valentine tried to obtain a number of churches, mainly in the Suzdal region, by legal representations to the authorities, whereas the dioceses under Bishops Lazarus and Benjamin chose to continue to serve, catacomb-style, in flats. Valentine had considerable success early on in his drive, which was reflected in his larger number of priests and parishes; but the cost, in terms of hassle and money, has been great; and in recent years the MP has taken back several of the churches (the latest was the church of St. Olga in Zheleznovodsk). In some minds this difference between the “possessors” and “non-possessors” is connected with a more sinister political difference, the inference being that Bishop Valentine was continuing to use his continuing links with the (post-) Soviet authorities for base material ends, whereas Bishop Lazarus was free of such contaminating links.

Not surprisingly (in view of his possession of an above-ground church), Lourié backs the possessors in this argument. He makes the valid point that it is not “dirty” to try to acquire church property, and that many confessors have died in defending the property of the Church (e.g. the thousands who were imprisoned or killed in 1922 for resisting the Bolshevik campaign of requisitioning church valuables). Many people who might otherwise be drawn to the True Orthodox Church are put off by having to worship in flats, so the Church’s material possessions and buildings have a direct spiritual value in the gathering and saving of souls.

Lourié ascribes the ROCOR-ROAC schism of 1995 to analogously “spiritual” economic motives, that is, the need to defend the property of the Church inside Russia against the threat to it posed by the “Act” of the 1994 Lesna Sobor, which proposed redrawing the boundaries of the Russian bishops’ dioceses in such a way as would have necessitated re-registering hundreds of parishes and church buildings, which in turn would almost certainly have led to the loss of most of those buildings to the Moscow Patriarchate. So the insistence – by most of the Russian clergy – that certain changes be made to the Act was completely natural and right. Of course, the motives of this “economic warfare” on the part of the New York Synod led by Laurus and Mark were purely political: to give them an excuse to expel the Russian bishops, who, as they well knew, having burned their bridges with the MP, would never have agreed to the Synod’s plan to unite with it.

IV. Psychological Differences. Under this seemingly innocuous heading are concealed all the most intractable differences lying in the path of the unification of the True Orthodox Church. Lourié calls them “psychological” because he wants to emphasize that they are not fundamental, and can be overcome if only the leaders of the Churches would, if not dismiss their suspicions with regard to the other leaders, at any rate take a more strictly pragmatic view of the profit to be gained by communion with them – if they would demonstrate, in short, more Christian love. For one who, like the present writer, knows Lourié’s complete ruthlessness and lack of Christian love towards his ecclesiastical opponents, this lengthy sermon is somewhat nauseating. However, suppressing such feelings, and trying to do justice to the basic thought within it, we have to agree: if all the leaders of the Churches, and all of us True Orthodox Christians in general, were to make a determined effort to display more love towards our opponents, then all these problems would probably vanish overnight. Provided that this love is not sentimental and self-serving, and that justice and truth are not lost along the way…

But the suspicion remains that Lourié’s concept of love does not conform with such a proviso…

We noted, in the section on canonical differences, that Lourié divides the canonical differences between the True Orthodox jurisdictions, - which, he says, constitute 99% of their mutual accusations - into two kinds: those that relate to injustices of one kind or another, and those which involve schisms, the break-up one group of bishops into two or more sub-groups. In that section he dismissed the first kind as unimportant, but did not explain why they could be so easily dismissed. In this section, it seems, he is obliquely returning to these “unimportant” canonical grievances and trying to bury them on the grounds that it would be “unloving” to bring them up.

But, of course, many of these accusations are important. Is it not important whether Bishop X was, or was not, a KGB agent - or a Mason? Or whether Bishop Y is, or is not, a homosexual – or a thief? Or whether Bishop Z did, nor did not, ordain a divorced man for personal advantage - or drove out another priest because he was a witness to his crimes?

However, if bishops were allowed to raise accusations of this kind against each other, the Sobor would probably not last more than one, extremely bad-tempered hour – if it started at all.

 The question, then, is: is the attainment of unity among the True Orthodox so great a prize that we are prepared to sweep all such accusations under the carpet? Lourié would probably reply: yes, for that is what love demands. Let us examine the arguments for and against.

V. Arguments For and Against. There can be no question that the attainment of unity is a very great prize – probably the greatest that could be given to us in the present ecclesiastical situation. Not the least of its blessings would be the creation of a Church court that would be competent to judge just such accusations as we have mentioned above and to make its verdicts stick – that is, be accepted by the Church as a whole.

The first problem with Church courts in small jurisdictions is that it is difficult to find a sufficient number of judges to meet the requirements laid down by the holy canons. Thus according to the canons a priest must be tried by six bishops, and a bishop by twelve. And yet how many trials conforming to this requirement have been carried out in the True Orthodox Church? Only one instance springs to the mind of the present writer: the trial of Archbishop Auxentius (Pastras) of Athens in 1985, in which thirteen bishops delivered their guilty verdict.

The second problem is that it is virtually impossible to bring a first-hierarch to trial in a small jurisdiction, because to the other bishops – especially those who owe their promotion to him - that would be like putting themselves on trial. The example of Archbishop Auxentius in 1985 again appears to be the only significant exception. And yet even there a minority of bishops refused to admit the right of the majority to bring their first-hierarch to trial.

A third problem is that those brought to trial in a small jurisdiction will often refuse to stand before such a court, but will cite all kinds of procedural irregularities and then “jump ship” and join another jurisdiction. Thus the leaders of the Holy Transfiguration Monastery in Boston left ROCOR even before the trial against them began in December, 1986. Then, having joined the (tiny) jurisdiction of a bishop whom they knew beforehand was on their side – the already-defrocked Archbishop Auxentius again – they graciously allowed themselves to be tried by a court set up by him – with the entirely predictable verdict: “not guilty”.

All these problems could be avoided in a united True Orthodox Church with a comparatively large number of bishops, few of whom owe their position to the patronage of the first-hierarch, and from whose judgements there is no escape in this life – except by fleeing to manifest heretics.

A great prize indeed…

But let us now look at the other side of the coin. That is, let us see the possible negative consequences of the convening of a Sobor of all the True Orthodox bishops in the present situation.

A hypothetical Bishop A: “At present I know my flock, and my flock knows me. There is mutual trust and love among us. If I suppress my suspicions about Bishops X, Y and Z, this situation will change – and almost certainly for the worse. Several members of my flock joined me from the jurisdictions of X, Y and Z. When they see me concelebrating with them, they will be dismayed, and perhaps leave me. Nor will I be able to convince them by saying that Bishops X, Y and Z, whatever their personal sins, are not heretics. They did not leave the jurisdictions of Bishops X, Y and Z because they were heretics but because their personal sins were so serious and so blatant that to remain in communion with them would have been equivalent to becoming accomplices in their sins. But now I, and they through me, am becoming complicit in the sins of these bishops, in defiance of the apostle’s word: ‘Do not partake in other men’s sins: keep yourself pure’ (I Timothy 5.22). They will feel betrayed, and I will feel that I am betraying them, however much I argue with them, and with myself, about the need for unity. In other words, the small-scale but real unity that already exists will be undermined for the sake of a larger-scale, but weaker, and even chimerical, unity.

“It is no consolation to me to argue that after the union, a spiritual court binding on all the bishops will be in existence, and I will be able to bring Bishops X, Y and Z to trial before this court. How can I rejoice in union with them around the Lord’s Table on one day, and then accuse them of the direst sins on the next? They will feel deceived, and perhaps with reason. They will say: ‘If you fostered such suspicions against us, it was your duty to express them, honestly and openly, during, and not after, the union negotiations.’ Moreover, they will refuse to allow me to be one of their judges. And the same will apply to others of my colleagues who share the same suspicions about them.

“Let us recall what happened with our brother bishops in the Greek Old Calendarist Church. In 1986, for the sake of a greater Church unity, Archbishop Chrysostom (Kiousis) of Athens agreed to enter into communion with Metropolitan Euthymius of Thessalonica. But his flock in Thessalonica never accepted Euthymius, having a multitude of accusations against him. Nor was Chrysostom able to bring him to court, because a coterie of bishops consistently opposed him. Finally, in 1995, Euthymius fled, taking other bishops with him into schism. So the union proved to be illusory and even harmful…

“Our Russian Church, after priding ourselves on being more stable than the Greeks for many years, now have as many, if not more divisions than they. This should be a reason for humility – and for caution. Let us learn from the mistakes of our brothers and not repeat them out of a misguided feeling that we are better than they…”

Conclusion: The Path to True Unity. The arguments for and against seem finely balanced. On the one hand, the commandment of love and the great prize of unity requires, as Lourié rightly says, that for the sake of this goal we abandon personal prejudices, dislikes and grudges, swallow pride and ambition, and give practical, visible _expression to the fact that we are indeed united in the dogmas of the Orthodox Faith (although that dogmatic unity cannot include Lourié himself unless he abandons the heresies of his that the True Orthodox are united in rejecting). On the other hand, we must be realistic and accept that unity in the truth but not in justice is an illusory unity which will fall apart immediately a serious attempt to correct injustice is made. For what value can a union of bishops have in God’s eyes if it is used by some to cover up the most glaring iniquities? How can we say that “righteousness and peace have kissed each other” (Psalm 84.10) if we win peace at the cost of perpetuating unrighteousness?

The present writer has no ready solution to this dilemma. However, some historical parallels may provide some hope.

First, the last True Council of the whole Russian Church, the Moscow Council of 1917-18, was also preceded by quarrels and disputes of all kinds, both dogmatic and non-dogmatic. Nor did the first two months that the Council was in session provide any relief. Paradoxically, it was the October revolution that triggered a change. One of the delegates, Metropolitan Eulogius of Paris and Western Europe, described the change thus: “Russian life in those days was like a sea tossed by the storm of revolution. Church life had fallen into a state of disorganization. The external appearance of the Council, because of the diversity of its composition, its irreconcilability and the mutual hostility of its different tendencies and states of mind, was at first matter for anxiety and sadness and even seemed to constitute a cause for apprehension… Some members of the Council had already been carried away by the wave of revolution. The intelligentsia, peasants, workers and professors all tended irresistibly to the left. Among the clergy there were also different elements. Some of them proved to be ‘leftist’ participants of the previous revolutionary Moscow Diocesan Congress, who stood for a thorough and many-sided reform of church life. Disunion, disorder, dissatisfaction, even mutual distrust… – such was the state of the Council at first. But – O miracle of God! – everything began gradually to change… The disorderly assembly, moved by the revolution and in contact with its sombre elements, began to change into something like a harmonious whole, showing external order and internal solidarity. People became peaceable and serious in their tasks and began to feel differently and to look on things in a different way. This process of prayerful regeneration was evident to every observant eye and perceptible to every participant in the Council. A spirit of peace, renewal and unanimity inspired us all…”[1]

So the Grace of God is able to work miracles even in the most unpromising and intractable of situations so long as a critical mass of people is present who want the miracle and believe in its possibility and are prepared to take the preliminary steps to make it possible. 

Secondly, there is the example of the First Ecumenical Council. The 318 bishops who were ordered to appear at Nicaea were far from being at peace with each other, even in non-dogmatical questions. But the emperor was not going to allow their mutual accusations to stop the attainment of the unity he so longed for, and so, before the dogmatic discussions began, he ordered all the mutual accusations to be placed in an urn in front of him, and burned…

Although the idea of hoping in the appearance of a True Orthodox emperor to solve the problem of True Orthodox unity is anathema to the anti-monarchist Lourié, there can be no doubt that such a figure would greatly help the achievement of that unity for which he argues. For history shows that emperors have more than once provided the focus of unity for the Church when the quarrels of bishops have threatened to tear it asunder.

Thus at the time of the Fourth Ecumenical Council St. Isidore of Pelusium declared that some “interference” by the emperors (Marcian and Pulceria) was necessary in view of the sorry state of the priesthood: “The present hierarchs, by not acting in the same way as their predecessors, do not receive the same as they; but undertaking the opposite to them, they themselves experience the opposite. It would be surprising if, while doing nothing similar to their ancestors, they enjoyed the same honour as they. In those days, when the kings fell into sin they became chaste again, but now this does not happen even with laymen. In ancient times the priesthood corrected the royal power when it sinned, but now it awaits instructions from it; not because it has lost its own dignity, but because that dignity has been entrusted to those who are not similar to those who lived in the time of our ancestors. Formerly, when those who had lived an evangelical and apostolic life were crowned with the priesthood, the priesthood was fearful by right for the royal power; but now the royal power is fearful to the priesthood. However, it is better to say, not ‘priesthood’, but those who have the appearance of doing the priestly work, while by their actions they insult the priesthood. That is why it seems to me that the royal power is acting justly…”[2]

Such “interference” was justified, in St. Isidore’s view, because “although there is a very great difference between the priesthood and the kingdom (the former is the soul, the latter – the body), nevertheless they strive for one and the same goal, that is, the salvation of citizens”.[3]

So the dream of a True Orthodox tsar – not a dream only, but a future directly prophesied by several prophecies – is not only one more factor uniting the True Orthodox, but the one that may be decisive in making that unity visible in one Church jurisdiction. This is not to say that we can simply fold our hands and wait for the tsar. Rather we must raise our hands and plead for his coming – and later, perhaps, set about electing him ourselves. For, as Archbishop Theophan of Poltava said: “The Lord will have mercy on Russia for the sake of the small remnant of true believers. In Russia, the elders said, in accordance with the will of the people, the Monarchy, Autocratic power, will be re-established…”

Through this tsar, continues the prophecy, the heretical hierarchs of the Moscow Patriarchate will be removed and a united Russian Church will be re-established. For, as St. John of Kronstadt said: “I foresee the restoration of a powerful Russia, still stronger and mightier than before. On the bones of these martyrs, remember, as on a strong foundation, will the new Russia we built - according to the old model; strong in her faith in Christ God and in the Holy Trinity! And there will be, in accordance with the covenant of the holy Prince Vladimir, a single Church!... The Church will remain unshaken to the end of the age, and a Monarch of Russia, if he remains faithful to the Orthodox Church, will be established on the Throne of Russia until the end of the age.”

And so our present disunity will be overcome, difficult as it is to see the path to that end now. As St. Anatolius the Younger of Optina said: “A great miracle of God will be revealed. And all the splinters and wreckage will, by the will of God and His might, be gathered together and united, and the ship will be recreated in its beauty and will go along the path foreordained for it by God. That's how it will be, a miracle manifest to all...”

Let us remind ourselves, finally, that we are talking about a true unity on the basis of the True Orthodox faith, not the false ecumenist unity offered by the Moscow Patriarchate. As Fr. Basil Redechkin writes: “In these 70 years there have been a large quantity of people who have been devoted in mind and heart to Russia, but we can still not call them the regeneration of Russia. For such a regeneration a real unity into a society is necessary. .Such a unity in fulfilment of the prophecies is possible only on the basis of true Orthodoxy. Otherwise it is in no way a regeneration. Thus even if a tsar is elected, he must unfailingly belong to the true Orthodox Church. And to this Church must belong all the people constituting a regenerated Russia…”[4]

October 4/17, 2006.

Hieromartyr Hierotheus, Bishop of Athens.

[1] Translated in Nicholas Zernov, “The 1917 Council of the Russian Orthodox Church”, Religion in Communist Lands, vol. 6, № 1, 1978, p. 21.[2] St. Isidore, Tvorenia (Works), Moscow, 1860, vol. 3, pp. 400, 410 (in Russian).

[3] St. Isidore, quoted in Zyzykin, Patriarkh Nikon, Warsaw, 1931, vol. I, p. 244 (in Russian).

[4] Redechkin, “Rossia voskresnet” (“Russia will be resurrected”), Pravoslavnaia Rus' (Orthodox Russia), № 18 (1495), September 15/28, 1993, p. 11 (in Russian).

* * *


Валентина Дмитриевна Сологуб

( в сокращении,  начало см. № 68)


Еще за несколько лет до исполнения этого сатанинского плана русский философ-монархист Лев Тихомиров, проницательно заметил, «что Россия уже стала игрушкой масонства, ведущего штурм против последнего оплота христианства». Правда, что и он сам стал этой игрушкой, философ, кажется, не заметил. Об этом свидетельствует его запись, сделанная в 1915 году: «Что монархия погибла – это вне сомнения. Но теперь важно, чтобы Россия не погибла». Он так и не понял, как не понимали многие, отступившие от веры его современники, как не понимает и нынешнее, обезбоженное россиянское население, что именно для этого на протяжении нескольких столетий убивали монархию, потому что без монархии погибнет и Россия. Вот так, казалось бы, даже самые верные монархисты, утеряв духовное видение божественного предназначения России, ослепленные масонами, легко и даже с радостью расставались с Самодержавием, «по убеждениям» предавали своего Государя, хладнокровно отдав его на заклание тем, о ком сказал Христос, что отец ваш дьявол.

О том, что это убийство было ритуальной жертвой, подтверждают и многочисленные факты. Довелось мне услышать рассказ одной пожилой дамы, передававшей свидетельство ныне покойной графини Пулковской-Некрасовой. Та вспоминала, как перед самой революцией, в Московском  Дворянском собрании, во время очередного благотворительного вечера, по рядам  ходила кружка, куда собирались пожертвования всех желающих. К ней было прикреплено изображение повешенного Государя, с надписью: «На Революцию!». И никто не арестовал, никто не возмутился — свобода слова! Вырвав у Государя этот злополучный Манифест о свободе слова, собраний и проч., общество подготавливало расправу над Ним. Это были откровенные, наглые вызовы, приговор принести Царя в жертву,  был уже произнесен, тайные силы выжидали только «время и место» для его исполнения. И вот теперь, 4/17 июля 1918 г. в подвале Ипатьевского дома открылась тайна беззакония, которое, убрав Удерживающего, потому что Он — и только Он! — стоял у них на пути, отныне покорило себе, своей власти, все народы и все государства. А сегодня уже, как поется в песне матушки Людмилы Кононовой, «весь мiр подымается за сатаной на Русь для последней облавы…». К какой же борьбе за земную власть можно свести происходившее в Ипатьевском подвале?  Здесь развернулась брань вселенского значения — сражение за власть духовную!

Добровольно приняв на себя удар за свой народ, уподобившись Христу, Государь стал великим мучеником за веру. Но Архиерейский Собор не захотел принять это во внимание. До сих пор эта главная цель совершившейся расправы, которая является ключом к духовному пониманию подвига святого Царя, замалчивается Синодом, иначе в противном случае придется ему разбираться дальше — какие же силы расправились с православным Царем, какие силы расправились с Православной Церковью, какие же силы расправились с Русским народом? А оказывается, чего не захотел признать Синод в своем выше приведенном Послании, что именно те, которые до сих пор нами правят, под игом которых почти столетие стонет наш народ и наша страна. «А ныне смеются надо мною<…> те, которых отцов я не согласился бы поместить с псами стад моих <…> Люди отверженные, люди без имени, отребье земли! Их-то сделался я ныне песнью и пищею разговора их. Они гнушаются мною, удаляются от меня и не удерживаются плевать пред лицем моим»  (Иов, 1-10). Это они и их нынешние потомки, которые, как однажды в сновидении Господь сподобил меня услышать слова Святого Государя, «своими законами узаконивают беззаконие», потому что «как говорит древняя притча: «от беззаконных исходит беззаконие» (1 Царств, 24:13). Припоминаются опять слова, звучащие как приговор, «восстающий на меня, как беззаконник» и Святителя Тихона, «они измыслили закон, или, лучше сказать, беззаконие»… А беззаконие, как мы знаем, это удел антихриста, и действует оно открыто с того момента, как был взят из православного народа удерживающий беззаконие. В ту самую ночь, когда окропилась царственной кровью Екатеринбургская Голгофа, земля содрогнулась,  и мiр рухнул, произошла вселенская катастрофа, изменившая не только судьбу Русского народа, но и судьбу всего человечества, ибо, как оказалось, чрез Помазанника Божия, который «один только царь во вселенной»,  проходит его история.


И потому, не решив этот главнейший вопрос, в каком подвиге угодил Богу наш Государь, канонизировав его как страстотерпца, словно поставили галочку, отмечая этот день  как рядовую церковную дату. Ведь причислить к лику святых — еще не значит принести всенародное покаяние в совершенном грехе, канонизировать, как оказалось, — не то же самое, что прославить. К слову сказать, а разве Его Святые Дети тоже были «политическими противниками» для незаконной бандитской власти, почему же их причислили к страстотерпцам? Ведь и вся их, по-детски чистая и короткая, жизнь прошла в исполнении христианского долга, и на их душах не было ни единого пятнышка. Разве мы не сталкиваемся здесь с какой-то двойной политикой священноначалия по отношению к святому Царю? С одной стороны, не придерешься — признали Его святость, с другой — «лучше не афишировать» этот кровавый ритуал, а то, о, ужас, кремлевская мафия разгневается, приняв это на свой счет! Тем более что зачислить на счет преступлений нынешних правителей РФ уничтожение памяти о расправе их предшественниками-богоборцами над Царской Семьей, есть все основания: взрыв Ипатьевского дома, — ставшего местом страданий за Христа и потому выкуплено мученической кровью для Церкви, как сказано в той же основополагающей «Книге правил», — является их очередным тягчайшим преступлением святотатства. И после этого, злейшего преступника перед, прежде всего, Русским народом, да и перед остальными коренными народами России, угробившего огромное государство и обрекшего нас всех на вымiрание, едва протрезвевшего и так и не отмывшего рук от русской крови, Патриарх в Иерусалиме, святом для всех христиан месте, награждает Орденом Гроба Господня… «За нравственное возрождение России»! Большего цинизма трудно представить…

Может быть, этой, укоренившейся в недрах церковной иерархии, оглядкой на нынешних безбожных русофобских мiроправителей объясняется то, что во время богослужения опускается чин обязательного поминовения Благоверных Государей и Государынь — отошедших в мiр иной православных правителей России от ее основания? Патриарх Константинопольский Антоний (XIV в.), знаток византийского канонического права, писал: "Святой царь занимает высокое место в церкви <…> Цари вначале упрочили и утвердили благочестие во всей вселенной; цари собирали вселенские соборы; они же подтвердили своими законами соблюдение того, что говорят божественные и священные каноны о правых догматах и благоустройстве христианской жизни, и много подвизались против ересей < ... >И если, по Божию попущению, язычники окружили владения и земли царя, все же до настоящего дня царь получает то же самое поставление от церкви, по тому же чину и с теми же молитвами помазуется великим миром и поставляется царем и самодержцем ромеев, т.е. всех христиан. На всяком месте, где только именуются христиане, имя царя поминается всеми патриархами, митрополитами и епископами, и этого преимущества не имеет никто из прочих князей или местных властителей». Для Бога все живы, и таким поминанием осуществлялась духовная преемственность православной власти, «ибо Бог заповедал: почитай отца и мать (Государя и Государыню); <…> и люби ближнего твоего, как самого себя» (Мтф. 15:4, 19:19). Но зато о властях нынешних, прочих князьях или местных властителях, будто возникших на пустом месте государственного небытия, возносятся молитвы постоянно, при этом упование «да и мы, в тишине их, тихое и безмолвное житие поживем в правоверии, и во всяком благочестии и чистоте», при сознательно осуществляемой временщиками политике повального мора и беспредельного развращения Русского народа, воспринимается как издевка,  сытого богача над просящим помилосердствовать Лазарем, и любовь иерархов к своей пастве вызывает большое сомнение: тех ли они любят?

Может быть, по этой же причине «человекоугодливого послушания», из которого по определению Свят. Игнатия Кавказского и Черноморского (Брянчанинова), «рождается ложное смирение», объясняется и отсутствие миссионерского церковного делания по просвещению народа о сути подвига Государя-Мученика, имеющего непреходящее духовное значение для нас и нашего будущего, для всех народов, населяющих Россию? Ведь духовный подвиг Святого Царя — это ключ к пониманию Русского Самодержавия, а потому восстановление монархического православного государства в России — это, прежде всего, вопрос религиозный, а потом уже политический и, как следствие, являющийся вопросом, прежде всего, церковного просветительского делания.

Монархия зиждется на религиозном чувстве народа, и царь — это, прежде всего носитель православной веры, «ходящий в Боге» и отвечающий пред Ним за врученный ему Богом народ. А вне этого начала единоличная власть может быть чем угодно, но только не самодержавием. Не понимая этого по своему религиозному невежеству и блуждая в бездуховном мраке собственного существования, нынешние политологи — справедливости ради надо сказать, что частенько солидаризируются с ними и православные, в том числе и духовенство — активно выдают за монархию абсолютистскую деспотию Сталина, этого предтечи Антихриста, — безбожную, безрелигиозную, а потому анти-русскую,  власть неограниченного кровавого диктатора, пугая народ возвращением террора и гулагов. Хотя, к слову сказать, террор и гулаги могут, как мы видим, беспрепятственно действовать и при таком «гуманоидном» режиме, как демократия…

Эту миссионерскую задачу по просвещению народа в обретении своего исторического государственного устройства, исходя из духовного видения русской власти, точно определил русский генерал-монархист М.К. Дитерихс: «Из учения Христа вытекают и четыре основных положения русского, исторического, национально-религиозного самодержавия. <…> Исповедуя Христово учение всеми фибрами своей души, первым положением русской национальной исторической идеологии о своей государственной власти является непременным понятие о помазанничестве на царство, и никто другой не будет прочно принят народом за  Главу своего государственного представительства, как Помазанник Божий. Помазанничество Божье, по истории религии, ведет за собой и Божье избранничество Помазанника. <…> Наше «обирание» Царя есть следствие религии, а гражданское «избрание», «выборы» — есть следствие политических условий и законов. Поэтому при «обирании» начинают не с выставления кандидатов, а с определения принципов, морально-религиозных и национальных свойств, которым должен удовлетворять тот, на кого могло бы пасть избранничество и Помазанничество Божье».

Но Церковь, угождая нынешним безбожным инородцам-мiроправителям, далеким от нашего национального пути,  подобострастно молчит, также человекоугодливо предавая на поругание наши духовные и политические идеалы. И продолжается это сергианство с 17-го года, когда Поместный Собор Русской Православной Церкви, после отстранения Государя от исполнения своего святого долга «Хозяина Земли Русской», в своих Деяниях и Обращениях к «возлюбленным о Христе братиям архипастырям, пастырям и всем верным чадам Святой Церкви» провозгласил: «Происшедший у нас государственный переворот, в корне изменивший нашу общественную и государственную жизнь, обеспечил и Церкви возможность и право свободного устроения. <…> При изменившемся государственном строе Русская Православная Церковь не может уже оставаться при тех порядках, которые отжили свое время. <…> Преосвященные архипастыри! На вас ближе всего лежит священный долг руководительства вашей паствою в эти смутные, но великие и святые дни церковного возрождения. <…> Да свершилась воля Божия: Россия вступила на путь новой государственной жизни! Да благословит Господь нашу великую Родину счастьем и славой на новом пути!».

Правда, звучали на Соборе и трезвые голоса, говорившие о преступлении народа и предупреждавшие о надвигавшейся вследствие этого катастрофе: "Настал момент, когда Собор, как единственно ныне законное и действительно избранное народом собрание, должен сказать народу, не боясь никого, кроме Бога единого<…>, что в феврале-марте произведен насильственный переворот, который для православного христианина есть клятвопреступление.<...> Мы знали историческую идею, которая шестьсот лет растила могучую Россию. И эту-то идею в марте прошлого года одни затоптали, заплевали, другие ее не защитили, а опасливо ее замолчали. Нам нужно было тогда же возвысить голос против ложного пути, на который масонство бросило несчастную страну < ... >Необходимо возродить в умах людей идею чистой, центральной власти, затуманенную всероссийским обманом. <…> Мы свергли Царя и подчинились евреям!.. Русский народ ныне стал игралищем еврейско-масонских организаций...». Но эти призывы не возымели своего действия, их  напрочь заглушил «ветер революционных перемен».

Почти за полтора года своей работы так и не вспомнив, вплоть до их расстрела, о незаконно томящейся в застенках Царской Семье с малолетними детьми и не заметив слезы этого самого невинного царского ребенка, соборяне отмечали «начавшееся повсеместно церковное оживление, одушевленное началами свободы», тем самым легально «благословив» грех цареотступничества вскоре утонувшей в кровавом «счастье» России и, прежде всего, самого духовенства. Освободившаяся от «тяжкого гнета самодержавной, ведомственной государственности, сковывавшей свободные члены <…> живого соборного тела», вскоре, совсем вскоре, за искупление этого забытья, Церковь взошла на Голгофу. Вот так искупала Святая Русь человекоугодливое послушание демократов-церковников богоборческой банде, сборищу сатанинскому …

А потому в результате продолжающегося и поныне предательского сергианского соглашательства, яд которого глубоко пропитал церковный организм, много ли есть храмов, где обретаются иконы Царственных Мучеников, многие ли настоятели возносят за литургией их имена? Архиереев можно пересчитать по пальцам, священников,  наверное, больше, кто осознает, в чем святость Его царской жертвы. А среди православных? Много ли тех, кто даже в день Царской славы молится святому Царю о его заступничестве пред Богом за страждущую Россию? А где у нас молятся о даровании Богом православной власти — Самодержавного Монарха? Придите в этот день в храмы, они, за некоторым исключением, почти пустые, а то и вовсе закрыты. И впечатление создается, что это не случайно, что кто-то невидимой рукой сдерживает набирающее живительную силу движение народа к своему святому Царю. Можно ли это назвать покаянием?..

Хорошо известен подвиг святого Сербского Царя Лазаря, который вышел на войну с захватчиками Своего Отечества, чтобы послужить Своему народу и отстоять Православную веру, зная, что Он и Его дружина погибнут. И Церковь, открыто Его, прославляя, не боится, что Ее обвинят в политиканстве, монархизме или национализме… Потому так горячо почитает святого Лазаря и Сербский народ, для которого Он является идеалом мужества для подражания и опорой в защите веры и любви к Родине.  Но ведь и Государь наш Николай Александрович, с которым тоже погибла Его верная дружина, тоже лег на поле брани за народ Свой и за Православную веру. Только Ему еще труднее было, потому что враг был подлый, бил из-за угла, не открывая себя, и изменники, по слову Апостола, «вышли от нас, но не были наши: ибо, если бы они были наши, то остались бы с нами; но они вышли, и чрез то открылось, что не все наши» (1 Иоан.,2:19). Государь, оставшись в момент предательства в полном одиночестве, безропотно и бесстрашно положил душу свою за други своя, став безвинной искупительной жертвой за свой народ, и нет, как сказал Иисус Христос, на земле выше того подвига. И потому победил, ибо, взойдя на Голгофу, до конца выполнил обет царского послушания быть православным Царем, чем угодил Богу.


Этот церковный праздник подвига святых Царственных Мучеников должен быть и главным государственным праздником России, потому что Царский праздник — это праздник и Русской государственности, победа Самодержавной власти, преданной Богу до конца, победа Святой Руси, неподвластной врагам Христовым. Этот церковный праздник должен быть главным государственным праздником России еще и потому, что наш святой Царь по-прежнему для Русского народа, давшего в 1613 году клятву верности Династии Романовых, остается Главой Государства, «Великим Господином». «И поставлю Себе священника верного; <…> и он будет ходить пред помазанником Моим во все дни…» (1 Цар., 2:35).  «Тебе, Государь, — обращался к Великому князю Московскому Димитрию Донскому преп. Сергий Радонежский, благословляя его на победу над Мамаем,  — должно попещись о врученном тебе христоименитом стаде…». «Государь, Господин»,так исстари обращались Патриархи к Царям и Императорам.  А  «если епископ, или митрополит, или патриарх захочет усвоять себе какие-либо названия, не свойственные его сану, и именоваться государем, увлекаясь гордостию и мiрскою славою, то да извергнется», сказано Восточными Патриархами. Предстоя пред Престолом «Царя царствующих и Вечного Первосвященника», вместе с Божией Матерью, Которая в Державном образе Заступницы народа Русского явила милость Свою уберечь Россию от погибели, Св. Государь молитвенно охраняет врученное ему Богом достояние. И как сказал о нем прп. Серафим Саровский, «жизнь Государя будет долговременной»,—  т.е. как святого, до скончания века. Поэтому, с надеждой уповаем, что благодаря Его святым молитвам продержится еще Россия, по предсказаниям наших святых,  до  грядущего, Богом данного Царя.

Да, безусловно, день подвига наших святых Царей — это праздник, это великий праздник Торжества Православной Власти, Торжества истинно Русской Власти, Торжества Самодержавия, побеждающего безбожный мiр. Ибо Самодержец, как сказано в чине Помазания на Царство, ответственен только пред Богом. И даже в свой смертный час он может сделать выбор — либо сберечь свою жизнь, но душу свою потерять, либо отдать себя за Свой народ, исполнив данный им Богу обет, и тем самым остаться со своим Спасителем. Предательского выбора наши Государи не знали, и потому они являются резким контрастом — как свет и тьма, как рай и ад, как соработники Богу и служители сатаны — по отношению к нынешним правителям, служащим мiровому масонству и международной банде, которые убили нашего Царя, а теперь требуют от нас беспрекословного подчинения себе. «Царь наш праведной жизни» — сказал о Николае Александровиче  св. прав. Иоанн Кронштадтский. А нынешние? Скопище пороков и преступлений, эти убийцы, устроившие нам, Русским, смертельный геноцид, расхитители народного добра, эти менеджеры-временщики, укравшие у нас законную власть. Конечно же, их власть не от Бога, ибо ищут они себе помощи и защиты сугубо у своих заокеанских братьев по духу и крови, у погрязшего в сатанинских грехах Запада, отдавая Россию во власть международной банде. «Демократия в аду, а на небе Царство», — это тоже слова св. прав. Иоанна Кронштадтского, будто предсказанные о нынешней власти. Потому, находясь в тенетах вампирской демократии, Россия стонет и истекает кровью в адских, смертельных муках от ее объятий.

Политические события в нашей стране развиваются так стремительно и так трагически, что буквально не сегодня-завтра решается вопрос будущего России: останется ли она самостоятельным государством, сможем ли мы ее защитить и сохранить свою веру или, потерпев поражение, в собственной стране окончательно превратимся в жалких рабов варварского отребья? Сегодня у Русского народа нет ничего — ни своей государственной власти, ни своей армии, ни своей земли — все украли окаянные. Есть у нас только Господь Бог и наш святой Государь. Но этого у нас, православных, как ни пытались долгие годы, украсть невозможно, это остается в нашей духовной и генетической памяти. И потому мы знаем, что только это двуединство может спасти Русский народ.  Ибо, как сказал выше упомянутый Патриарх Константинопольский Антоний: «Невозможно христианам иметь церковь, но не иметь царя. Ибо царство и церковь находятся в тесном союзе и общении между собой и невозможно отделить их друг от друга. <…> Послушай верховного апостола Петра, говорящего в первом соборном послании: "Бога бойтесь, царя чтите…».  Эти слова Апостола, прежде всего, относятся к священству, наверное, исходя из них сщмч. Владимир, Митрополит Киевский, напутствовал при рукоположении: «Священник не монархист недостоин, стоять у Святого Престола, священник республиканец – всегда маловерен; монарх посвящается на власть Богом, президент получает власть от гордыни народной; монарх силен исполнением заповедей Божиих, президент держится у власти угождением толпе; монарх ведет верноподданных к Богу, президент отводит его от Бога». Здесь совершенно четко разделяются две природы власти. А  нынешние республиканцы, уверяя нас, что вся власть от Бога, неужели готовы оправдать даже власть мафии?..

Чтобы отстоять нашу веру и спасти Российское государство, нужна православная национальная власть, которой в России не было с 17-го года. Но они Русских во власть не пустят, это понятно уже на многих примерах пошедших во власть патриотов своего Отечества, защищавших достоинство и интересы Русского государства и за это попавших в суровую немилость вплоть до физического устранения либо томящихся в застенках, о которых как о чуждых им молчит и демпресса. Но пока мы не исправим свою жизнь, не принесем плоды покаяния перед нашим Царем и пред Богом в грехе цареотступничества, пока, как блудный сын, каждый из нас и весь народ, не раскается до глубины своей совести, что  «согрешил против неба и пред тобою, (Лк. 15:17-20), до тех пор будем бессильны перед злом, будем мириться с теми, кто коварством и обманом завладел нашим государством. И у нас всегда в этот день будет, давящая как камень, скорбь на душе. Сегодня, как и в 17-м году, вопрос нашего будущего опять решается на духовном уровне: с кем мы, по какую сторону Добра и Зла? Государь сделал свой выбор, и мы тоже должны определиться: пойдем ли, как Его подданные, за нашим Царем в его служении Христу или так и останемся, по страху и маловерию, во власти демократии?

В Дивеево, у сосны, посаженной монахинями, как молвит предание, в день рождения Царевича Алексия, постоянно горят свечи, творятся молитвы, среди них поют и этот Тропарь Кресту и молитву за Отечество: «Спаси, Господи, люди Твоя, и благослови достояние Твое, победы грядущему православному царю на сопротивныя даруя, и Твое сохраняя Крестом Твоим жительство». Слава Богу, народ начинает просыпаться, помоги нам, Господи!


Однако на пути к грядущему царю нас ждет серьезная духовная опасность, ибо давно известно, как действуют эти самые сопротивныя: если нельзя уничтожить, надо оседлать, т.е. надо подмять под себя, возглавить, извратить идею и, вынув сердцевину, наполнить ее ложными, пошлыми «идеалами». Они почувствовали назревающую потребность Русского народа вернуться к своему традиционному, Богом данному государственному устройству. Вопросы монархического устройства России в наши дни перестают быть только предметом давно минувшей истории. За монархическую идеологию уже (или пока что?) не сажают ни в тюрьму, ни в сумасшедший дом. Монархические идеи сегодня активно востребованы, обретя ценовую стоимость, они успешно пущены на потребу, все чаще мелькая в речах тех, кто любит Россию, но только как сырьевую базу: например, в устах одного певца-миллионера слова «я люблю подмосковные рощи…» или «золотая моя столица» к патриотизму, разумеется, не имеют никакого отношения, а воспринимаются не иначе как в грабительском смысле. Все более на монархическом поле раскручивается политическая борьба, для кого-то являющаяся шансом еще более подчинить инородцам духовно ослабленный, безвольный и бесправный народ. «Где труп, там соберутся орлы» (Лк., 17:37). Одни, с нечистыми помыслами, предательством Царя, лишившие себя прав на престолонаследие, не знающие ни нашей веры, ни России, имеющие совершенно чуждый нам менталитет, не любящие наш народ и не способные жертвовать ради России, выйдя из-за теневой завесы своего многолетнего выжидания,  рвутся  на царский трон. Другие, в одночасье, объявив себя монархистами, с корыстными целями помогая им, готовы предать и продать всех и вся, и ради возможности лишний раз погреть руки, унизанные брильянтами, и жадно потолпиться у трона, став новоявленными царедворцами при нынешнем режиме, ринулись строить «головокружительную» карьеру. «А между тем, — писал И.А. Ильин, — совершенно необходимо различать монархистов идеи и монархистов карьеры; среди последних найдется множество низких, беспринципных симулянтов и порочных льстецов,<…> [которые] должны быть отнесены к самым опасным вредителям монархии». Недаром их называют ряжеными, ибо истинные убеждения претворяются в служение, а не в каскад красивых слов. А если они сами ряженые, то какого царя они хотят посадить на трон? Ну, конечно, такого же — ряженого, ибо с ним всегда можно договориться. К стати сказать, и царский трон уже отреставрировали, до времени спрятав его в укромном месте. «Нынешние властители, вожди страны» и в коронацию согласны поиграть, если народ особенно начнет настаивать на царе, но подсунут своего, превратив сакральное действо в балаган и посмешище: по-другому у них не бывает, святые чувства им не знакомы, всегда вызывая у них желание, поглумиться и сорвать свой гешефт. Но не только это. Потому и поддерживают они монархические настроения в народе, чтобы в нужный момент, перехватив «тронную инициативу», поставить Россию перед свершившимся фактом. Тех и других «державников-новоделов», выдают одинаковые знаки на погонах, хищные повадки и агрессивные замыслы. Но вторые страшнее, служа собственным амбициям и похотям, прикидываясь нашими, используя монархическую фразеологию для игры на патриотически-национальных струнах, своим предательством всего святого, открывают ворота в Кремль для разного рода чужеземных проходимцев-завоевателей. Их общая цель — не Богу послужить и не Отечеству, явив себя его воинами-защитниками, а как новые стервятники, под благовидным предлогом стать очередными ее колонизаторами. Не себя положить в подножие России, а сделать ее своим пьедесталом, не помочь Русскому народу вновь обрести свою мощь, а, рассчитывая на жирный кусок для себя и своих потомков, использовать народ в качестве неиссякаемого ресурса для своих прихотей и товара для своих покровителей. Ибо вполне очевидно, что новоявленные монархисты, исполненные вожделенных целей, отлично упакованные, сыто и благополучно вписавшиеся в нынешний, антинародный оккупационный режим, действуют не столько от себя, сколько осуществляют цели мiрового правительства и, сами легко управляемые, становятся проводниками мiровой закулисы. Есть и третий уровень монархистов, создающих многочисленные партии, общества, движения и, казалось бы, искренне служащих благородной идее. Но и этим Бог силы тоже не посылает. Почему?

Ответ на этот вопрос нелицеприятно дал Генерал М.К. Дитерихс. «Нет нужных братьев и в современных монархических организациях, и различных объединениях, — писал он еще в 20-х годах прошлого столетия. — И это особенно ясно в текущем движении по фиктивному объединению. Ведь ищут объединения не во имя создания однородных идей, не вокруг однородных монархических принципов, а опять-таки вокруг личностей, деятелей, не стремясь устранить основные причины, обусловившие нелепое существование огромного количества разноименных монархических организаций.

И почему так? Да потому, что в рядах всех этих организаций <…> нет людей истинных и чистосердечно принимающих начала русского, исторического, национально-религиозного самодержавного монархизма. Скажу даже больше: все это, в большинстве случаев, элементы и деятели, чрезвычайно враждебно относящиеся к принципам чистой национальной идеологии, или люди, их не понимающие, или, наконец, люди, слепые от рождения, или слепые по похотям.<…>

В чем же дело? Да в том, что все те, кто называет себя ныне монархистами, причисляют себя к таковым не по исповеданию принципов, понятий и религии монархизма, как идеологически мощного, объединяющего массу, общественность, государство — начала, а лишь по форме, по внешним осязаемым материальным проявлениям его. При этом форма и внешность обращаются ими в сущность, исчерпывая всю содержимость их монархического чемодана. Отсюда понятие ими идеи возрождения в России монархизма является для них только в формально-аксессуарном восстановлении трона, возведении на него того или другого из Романовичей, занятие при троне определенного придворного или админист-ративного положения и приведение всех прочих граждан России к "поднози трона" путем тех же чекистских мероприятий, изменив лишь название органов: охранка, жандармерия, гвардия и так далее. Вот, мне кажется, весь запас их идеологии и все их мировоззрение на монархизм вообще и в частности — на современные задачи монархического объединения и движения. Такой идеологией предполагается победить мировое большевицкое движение и дать России мир и благоденствие, а себе...» .

Неправда ли знакомы эти болевые симптомы нынешней «монархической болезни»? Хотя, безусловно, есть патриоты, истинно исповедующие монархическую идею как единственный путь возрождения православной России, к каковым относит себя и автор. Может быть, обращаясь к названным Дитерихсом причинам, поэтому мы все время теряем позиции и терпим поражение? И почему же эти лжемонархисты растут как грибы, почему мы их не различаем или различаем слишком поздно, почему не по силам нам сбросить ненавистное иго? Ответ прост, который мы до сего дня не хотим слышать: мы ослаблены своим безверием. Не будучи верующими, или будучи ими только по названию, а не по своему образу жизни, служа своим человеческим прихотям и амбициям, мы стали вожделенной добычей в руках могущественных мiродержателей.


А их борьба с народом, с нашими государственно-национальными идеалами, не затихает ни на секунду, обретая все новые, изощренные и унизительные формы. Демократическая прививка под вопли о свободе секс-меньшинств, хоть и продырявила много оспин и продолжает выделять смертоносный яд, все же народным организмом не усваивается, время от времени происходит бурная реакция отторжения — ибо Россия усваивает только православные ценности. А это значит, что мы еще живы. Тогда в этом случае, думают захватчики, вдруг народ действительно захочет царя, и не нашего, которого пришлют «из-за бугра по разнарядке», а своего, настоящего, Помазанника Божия? А это для нынешних менеджеров — просто смертельно. Чтобы кремлевским клещам удержаться во власти, им необходимо в свою очередь держать покоренное общество в узде. Но общество непримиримо расколото и разбегается в разные стороны. Одна часть — это православные патриоты, любящие и служащие своей Родине и оставшиеся верными идеалам исторической России, их немного, но они все же есть. Другая — исповедует большевистскую идеологию, но тоже русские патриоты, потому что хотят видеть Россию независимой, но без Бога и царя, и потому активно настроены не только против демократов, но, что особенно горько, и православных. И третья — демократы-инородцы, агенты влияния, фальшивые кумиры которых потускнели и облупились, а иные давно обесценились, а потому держащиеся на предательстве коллаборационистов, и ножах оккупантов. Одинаково ненавидя русских, как тех, так и других, они примут и засланного царя, лишь бы к ним «зеленые знаки» через море-океан летели. Управлять таким обществом становится все труднее, власть вот-вот может выскользнуть из рук. И вот, то ли на Лубянке, то ли, аж, в самой резидентской администрации поняли, что на либеральную похлебку, типа «единой рассиянской нации», общество уже  не созовешь, нужна новая идея, под знаменем которой соберутся все. И тогда кремлевские «гешефтмахеры» — эврика, нашел! — запрятали для нас еще одну ловушку.

Секрет ее заключается в следующем: чтобы Русский народ забыл свои национальные идеалы, надо их подменить, авось приживется, похожим, но своим героем, дать свой гражданский образец. Они решили соединить два несовместимых для русского мiровоззрения понятия: патриот и демократ, патриот и либерал, что должно послужить манком общественного «примирения и согласия». Такой своеобразный киндер-сюрприз — либеральная сердцевина в православно-патриотической упаковке. А кого же для этого найти? Нужна фигура значимая, крупная, известная. Вот тогда очевидно и возникла идея перезахоронения участников Белого Движения: ну кто посмеет бросить камень, а другие и всплакнут даже от переполненных чувств, что дожили до такого времени, когда на Родину возвращаются ее герои. Однако сунулись «бывшие советские, а ныне «федеральные» чиновники» то к одному, то к другому и «получили отпор: потомки генерала Врангеля, в частности, его сын, барон Алексей Петрович Врангель, своевременно выступили с протестом по поводу чекистских планов, справедливо отметив, что преступления коммунизма в РФ так до сих пор юридически и не осуждены, а существующий в РФ режим является прямым наследником большевицких преступников, против которых как раз и боролись Русское Белое движение и генерал Врангель!» «Провалилась <…> идея чекистов перезахоронить в эРэФерии <…> прах Главнокомандующего Русской Армией Ген. Шт. генерал-лейтенанта барона Врангеля», оповестило «Заявление Русского Обще-Воинского Союза (РОВС) по поводу перезахоронения чекистами праха Генерала А.И. Деникина в Российской Федерации». Поняли тогда идеологи, что всех подряд, особенно монархистов, привечать нельзя: опасно это государственное дело пускать на самотек. Хоть они и получили щелчок по носу, но от своего дела решили все же не отступать.

И тут кто-то вовремя вспомнил о Деникине: можно осуществить перезахоронение останков знаменитого генерала. А заодно, — эдакая мудрая плюралистичность и толерантность! — философа-монархиста Ивана Александровича Ильина. «Монархическая верность, — писал он в назидание потомкам, — есть такое состояние души и такой образ действия, при котором человек соединяет свою волю с волею своего Государя, его достоинство со своим достоинством, его судьбу со своей судьбою <...> Крушение монархии было крушением самой России, отпала тысячелетняя государственная форма, но водворилась не «российская республика», как о том мечтала революционная полуинтеллигенция левых партий, а развернулось всероссийское бесчестие, предсказанное Достоевским, и оскудение духа, а на этом духовном оскудении, на этом бесчестии и разложении вырос государственный Анчар большевизма, пророчески предвиденный Пушкиным, — больное и противоестественное древо зла, рассылающее по ветру свой яд всему мiру на погибель. В 1917 году русский народ впал в состояние черни, а история человечества показывает, что чернь всегда обуздывается деспотами и тиранами. <…> русский народ развязался, рассыпался, перестал служить великому национальному делу — и проснулся под владычеством интернационалистов. История как бы вслух произнесла некий закон: в России возможны или единовластие, или хаос; к республиканскому строю Россия неспособна. Или еще точнее: бытие России требует единовластия — или религиозно и национально укрепленного единовластия чести, верности и служения, т.е. монархии, или же единовластия безбожного, бессовестного, бесчестного, и притом антинационального и интернационального,  т.е. тирании». Но Ильина, — ну кто его, гения русской мысли, из безродных законодателей способен оценить как русского православного государственника, кто из прозападно настроенных власть предержащих захочет следовать его монархическим идеям возрождения России, кто из раскованных студентов-школьников будет его изучать, кто из лидеров молодежно-демократических опухолевых наростов вдохновится его идеями? — это так, для отмашки, на всякий случай. Потому и поминали Ильина, будто извиняясь, буквально в нескольких словах, укладываясь в одно предложение, а патриотов-монархистов, потрафив им, надеялись таким образом обезоружить. А вот о генерале Деникине трубили во все фанфары, все дни и по всем ТВ-каналам. Сделав, что было очень больно видеть, из этого священнодейства пиар-кампанию, показали тем самым, чьи уши торчат.

Хочу, чтобы правильно меня поняли: я не только не против перезахоронения на Родину праха знаменитого генерала: если таково было его завещание, он, конечно, имеет на это право. Более того, я, безусловно, за то, чтобы все государственники, воины, писатели, философы, духовенство — все Русские патриоты — упокоились в земле своих предков, кроме тех, кто отрекся от Христа, устроив кровавый геноцид русскому народу. Ибо и умершие сыны своей Родины, находясь в родной земле, продолжают «работать» на свой народ, надмогильными крестами закрепляя в его генетической памяти, кто мы есть, помогая ныне живущим любить свою землю и защищать свое Отечество для созидания его будущей славы. Но до сих пор ни одному из многих тысяч монархистов, погибших «за Веру, Царя и Отечество», либо вынужденных покинуть Родину, нынешняя власть не воздала должного поклонения за их преданность Государю как законной власти, исполнивших присягу верности Престолу ценой собственной жизни. До сих пор не вынесен вердикт тому, что произошло в 17-м году и совершалось предшественниками-коммунистами в течение нескольких десятилетий, методически уничтожавшими миллионами жизней генофонд Русского народа. Нынешние менеджеры так и не осознали вины за своих кровных и идейных предков и пред расстрелянным Государем и перед нами. Невольно складывается впечатление, что, вся эта нынешняя помпа устроена не случайно, — тем более сама дочь Деникина дала понять, что идею о перезахоронении ей «подкинули» из Москвы, — что делалось это ради грандиозного эффекта в достижении задуманной цели, в котором нуждаются сегодняшние демократы-большевики, устроившие вторично государственный переворот. Деникин был боевым генералом, он любил Россию и воевал за нее, но он, получавший награды из рук Царя, не сохранил верность царской присяге и потому, возможно, Господь не даровал ему победы как Главнокомандующему Белой Армией. Так почему же он поднят на щит, почему же так поторопились?

«Очевидно, что существующий в РФ антинациональный режим, активно продолжающий дело разрушения теперь уже последних остатков Исторической России, постоянно нуждается в идеологическом прикрытии своих преступлений — как прошлых, так и нынешних, — говорится в том же Заявлении РОВС. — Одновременно наследникам ленинской банды необходимо заблаговременно нейтрализовать и потенциальную опасность возобновления борьбы против нее под знаменами и лозунгами Русского Белого движения: сегодня Белая Идея является исключительно актуальной и потенциально весьма опасной для путинского и аналогичных ему режимов на территории расчленённой России!». И к стати вспомнить, что Антон Иванович Деникин хотел увидеть Россию освобожденной, чего не скажешь о нынешней РФ. Кремлевским временщикам-узурпаторам срочно требуется поднять собственный авторитет, тем более что вскоре очередные выборы. Для их нового идеала — демократа-патриота, либерала-патриота — его фигура как раз то, что надо: он был против большевиков — чем можно подкупить православных, но при этом за Царя не выступал, приняв Февральскую революцию, присягнул Временному правительству — а здесь нас и демократы в монархизме и черносотенстве не обвинят и большевики не упрекнут! Поддержат и военные, видя в нем идеал бесстрашного полководца. Патриот-республиканец, патриот-демократ, патриот-либерал — нашли, наконец, формулу, — вот новый идеал героя!


А, восторгаясь Деникиным, обыватель невольно переведет взгляд и на Путина — так ведь и он такой же: вроде тоже против большевиков, тоже республиканец, тоже главнокомандующий, тоже за демократические ценности, тоже восхищается Февральской революцией. И тоже либерал, за малейшие провинности, сажая в тюрьму нацболов, экстремистов, ксенофобов, антисемитов и шовинистов, — причем, исключительно русских — возможно, вскоре очередь дойдет и до монархистов, если будут особо настаивать на Самодержавии как исконно русской власти. Вот и кое-кому из националистов за «Россию для русских» питерский чекист уже пообещал найти «место в вонючей психушке». Правда, надо отдать ему должное, ратуя за свободу слова, свободу русофобов не стесняет и даже поощряет, а значит, тоже настоящий патриот-демократ. Хотя, есть и различия, например, в отношении Деникина к России как «единой и неделимой», к армии, которую он призывал любить и беречь, да и к Германии несколько иные чувства питал, стараясь защитить от нее Родину, но это ведь все, на взгляд демократов, ненужные мелочи. А в остальном все сходится, Путин — просто вылитый генерал. Вот какого нам надо правителя Российской Федерации, глядишь, и преемника такого же подберет! (На что он, к стати сказать, ни по каким законам, даже по «ихней» конституции, права не имеет!) А за ним, по той же аналогии, — и правительство, и правозащитники, и политологи, и ведущие тележурналисты, и олигархи, наконец, потянутся, быстренько встанут в плотные ряды либерально-демократических патриотов, предъявят свои права на владение Россией… Попробуй теперь отмахнись от них, а они тебе ответят, что все наше: скудоумно расскажут с телеэкрана на свой пошлый взгляд Русскую историю, какими деспотичными и развратными были русские цари, как плохо воевали наши генералы, какими неразвитыми были наши крестьяне и безнадежно отсталой страна… Отреставрируют архитектурные памятники, после чего невозможно будет определить их культурную и национальную принадлежность, обживут реликтовые заповедники, избавятся от излишних для России, но очень нужных Западу природных ресурсов… Словом, было ваше — стало наше! А если они русские патриоты, то кто же тогда мы в России — без прав и состояния? Но зато как теперь при «национальной элите» Российская колония, стремясь под ярмо Запада, заживет, глядишь, этот оболваненный и покоренный «русскоязычный электорат» и о Царе забудет, лишь бы иногда колбаса была и временами батареи грели!

Подсовывая, этот нежизнеспособный гомункул патриота-демократа-либерала, созданного в толерантной пробирке кремлевских алхимиков-временщиков, власть надеется опять нас обмануть: а вдруг не догадаемся или на худой конец усомнимся, что без Бога и Царя, как нас заставляют поверить кремлевские «гешефтмахеры», не может быть «Россия единой и неделимой», изначально расколовшаяся в своей идеологии. А помогут прикрыть эту очередную ложь демократии  не только все те же их помощники-коллаборационисты, создав этнографический антураж а-ля «народ.ру»,  но и члены их клана в митрах. Недаром Московская Патриархия, под звон колоколов,  затмив разум задавленного народа сусальной позолотой, провозгласила по заказу из вышестоящего всесильного ведомства дату окончания гражданской войны и наступившего «национального мира и согласия», — очевидно, между ненасытным Молохом и его, отданной на заклание, связанной жертвой.  К какому примирению призывают нас пастыри, когда там, где сердце России — Третий Рим, в подножие православных святынь, вцепился вурдалак-антихрист, а над куполами святых храмов возвышаются сатанинские звезды? Если оторвали Москву от Киева, Матери Русских городов, а Белую Русь вынесли за пределы единого Отечества, и всех вновь поставив под удар католичества? Если Москва буквально на глазах все больше чернеет от горя, не имея возможно противостоять селевым потокам, хлынувшим с гор, и пыльным бурям из бесплодных пустынь? Если Русский Кавказ горит, а Дальний Восток затопляется желтой оккупацией? Если рядом со священной Троице-Сергиевой Лаврой, основанной Игуменом Земли Русской, при теплохладном отношении православного духовенства МП, громоздится мусульманская молельня, а пришлые варвары в русском посаде устанавливают свои поганые законы? Не то ли творится и по всей России? И самое главное, — если нет у нас национальной власти, и страна запуталась в масонской паутине? «А какие десятки и сотни тысяч людей думают даже, что Россия двинулась “вперед”! Идти вперед, потерявши свою национальную душу: недурная идея», — еще одно точное наблюдение  философа-монархиста. А сегодня эту глупость постоянно вдалбливают «рассиянам» наши «всенародно избранные»…

Кого с кем и под какой духовной сенью будут примирять «россиян», и у кого — Иисуса Христа или князя мiра сего — будут согласовывать свою совесть, не объяснил в своей помпезной речи Патриарх. Разъезжая в роскошных авто и находясь под мощной охраной кремлевской группировки, а, утомившись, поправляя здоровье в комфортном «домике в деревне» в горах Швейцарии, так и не заметил он, что гражданская война против нас с 17-го года не прекращалась. Она идет в России в каждом городе и деревне, на каждой улице и в каждой избе, лишая нас русских вместе с детьми своего государственного пространства, национального достоинства и богатства, нашей православной цивилизации, отдавая на поругание нашу святую землю, которая застраивается мечетями и синагогами, миллионами обрекая народ на смерть от убийств, терактов, голода, безработицы, проституции, продажи в рабство и на органы, пьянства, наркотиков… Только провозгласил, а тут нападение на Нальчик — у боевиков, оказывается, другая «конфессия», и «аллах-акбар» диктует им другие понятия! И опять Россия замерла,  в ожидании — какой же следующий город взлетит на воздух? Но зато камень для пантеона-часовни в память о состоявшемся «примирении» уже поспешил заложить…


Возможно, этот пантеон приватизирует в своем праве «с миром и согласием» нынешняя «элита». Для начала, например, как срок придет, угомонится здесь «за заслуги» большевик-патриот отец, который при советском режиме в праведном гневе успешно обличал, наставляя подрастающие поколения, несправедливость «царизма»: «А раньше, много лет назад, страною правил царь. <…> Учились дети богачей: Сынки купцов, дворян, Не много в школы шло детей Рабочих и крестьян. <…> Но были люди на земле <…> Они бежали из тюрьмы,<…> чтоб вековое царство тьмы С лица земли свести,  — и далее, переполненный гражданским пафосом, пел под справное материальное обеспечение Кремля, — Никто не мог — ни царь, ни бог — Сломить большевиков! И тот, кто жизнь в борьбе провел, Кто испытал нужду, На штурм дворцов народ повел В семнадцатом году»… Что, впрочем, при таких убеждениях не помешало ему, перелицевав, по авторскому праву, прежний советский гимн, вспомнить в его серийно-демократическом продолжении, что «Россия — священная наша держава <…> — и воскликнуть в старческом экстазе, — Предками данная мудрость народная! <…> Хранимая Богом родная земля!» — несмотря на многовековой «царский гнет» — Так было, так есть и так будет всегда!». Комфортный пантеон для него вполне может состояться — ведь связи давние, крепкие и ведут прямо-таки наверх…при любой власти… Наверняка,  не откажется от него лицедействующий, весь в папу, державник-либерал сын, затеявший эту «героическую комедию»… А между ними, как связующее звено примирения эпох, унавозит землю четырехпалый пьянчуга, между приступами белой горячки боровшийся «за нравственное возрождение» им же с подельниками, как в сатанинском ритуале, искромсанной до обескровливания, расстрелянной России… Хотя и столичный мэр, уничтожив историческую Москву застройкой гигантских монстров и создав, в ущерб коренному русскому населению, благоприятный социум для незваных кавказских гостей, наверняка заслужил там, почетную могилку. Он явил себя тоже демократом-патриотом, когда посетовал на панихиде, что люди, пришедшие к власти, вытеснили за пределы России таких настоящих героев! Поначалу показалось, что это он только про себя, беззаконника, ан, нет, все-таки и своих окаянных отцов-ленинцев вспомнил!.. Наверное, там и еще себе место найдут рассиянские патриоты — кто ж откажется лечь по соседству с белой косточкой? Глядишь, такой бомонд подберется — ну точно нынешняя панихида! Будет что, как героям известного рассказа Достоевского, им после смерти с хохотом обсудить, как они ловко обставили «эту страну». А самому главному «православному атеисту», по выражению русского кинорежиссера Вадима Виноградова, компьютерной личиной «либерала-патриота» заместившему лик истиннорусского патриота-монархиста, очевидно, придется отдельный пантеон сооружать — ведь до чего ж хороша идейка, это вам не веники в бочке парить! Хоть он, как серый кардинал, на панихиде не показался, но без его кремлевского покровительства этот спектакль «Возвращения на Родину» разыграть было бы невозможно. И потому так понятна тревога, выраженная в том же Заявлении РОВС, «что при проведении очередного перезахоронения чекистам обеспечит «церковное прикрытие» и Московская Патриархия, давно уже позорно подвизающаяся в роли униформированного политуправления, обслуживающего все извращения правящей в РФ верхушки». Возможно, они ошибаются, кто-то и по-другому считает, но уж больно похоже на правду, такой впечатляющий православно-либерально-демократический киндер-сюрприз получился! Какой-то сюр, черный юмор, если не сказать кощунство, ощутила Россия, когда на панихиде в Донском некрополе, столпившись на почетном пьедестале у гробов, патриотические речи орали в микрофон те, кто губит Русский народ и глумится над его православно-историческими традициями.

К православным традициям относится, прежде всего, и уважение к воле покойного. Как могли организаторы, устроившие все это действо, много лет занимавшиеся творческим наследием И.А. Ильина и И.С. Шмелева, за этим треском восторженно-парадной истерии забыть, что в данной ситуации немаловажно, о резко отрицательном отношении Ильина к личности генерала Деникина и его роли в Белом Движении? Это отношение он выразил в письме от 23.09.47 к своему другу Шмелеву, порицая его такими словами: «…Деникин факти­чески бросил в 1919 свою разлагающуюся армию и спас­ся один на англ<ийском> судне. Никаких оснований возводить его в святые — безгреш­ные — Александры Невские нет. И Ваш восторг поверг меня в глубокое удручение, о чем не смею Вам не сказать». И после всего этого их похоронили рядом, хотя в пяти шагах находится могила горячо любимого Ильиным Ивана Сергеевича, упокоением рядом с которым можно было бы отдать дань уважения многолетней дружбе «Двух Иванов», принесшей бесценные плоды для русской культуры. Возможно, по мнению организаторов, Ильин был не прав и даже несправедлив, но это была его позиция, это была его воля, и нарушить волю покойного могут только святотатцы.

Кроме того, забыл, наверное, Алексий II, и — что самое главное — как отзывался Ильин о той церковной организации, которую он возглавляет: «Эти (сергиане — В.С.) решились сказать большевикам: «да, мы с вами», и не только сказать, а говорить и подтверждать поступками; помогать им, служить их делу, исполнять все их требования, лгать вместе с ними, участвовать в их обманах, работать рука об руку с их политической полицией, поднимать их авторитет в глазах народа, публично молиться за них и за их успехи, вместе с ними провоцировать и подминать национальную русскую эмиграцию и превратить таким образом Православную Церковь в действительное и послушное орудие мiровой революции и мiрового безбожья < ...>

Мы видели этих людей. Они все с типичными, каменно-маскированными лицами и хитрыми глазами. Они не стесняясь, открыто лгут, и притом в самом важном и священном —  о положении Церкви и о замученных большевиками исповедниках. Они договорились частным образом с советской властью и, не заботясь нисколько о соблюдении церковных канонов, «выделили» из своей среды угодного большевикам «патриарха» и официально возглавили новую религиозно парадоксальную, неслыханную «советскую церковь» <...>

Алексий понимал это с самого начала и отлично знал, что делает: он помог обмануть мiр, чтобы поднять в его глазах и свой авторитет  (как же? .. «независимый Патриарх всея Руси» ...), и авторитет советской власти (как же? .. «отныне церковь в советском государстве на свободе и в почете...»).

С этим заведомо ложным известием Алексей, а потом и его эмиссары поехали заграницу. Они лучше, чем кто-нибудь знали, что Церковь стала покорным учреждением советского строя: что они обязаны и смеют говорить только ту ложь, которая им предписана <…> [А некоторые из эмигрантов] сознательно помогают им обмануть эмигрантское и мiровое общественное мнение в пользу большевизма  и при том по международной директиве, данной из мировой кулисы. Они понимали все это — и лгали дальше.

И потом эти «иерархи» МП  явились к нам, за рубеж, и предложили нам признать их «авторитет» и подчиниться их церковному водительству так, как они сами подчинились духовному водительству советов. О последнем они, впрочем, умолчали. А за рубежом сейчас же нашлись такие, которым эти люди показались носителями «истинного и свободного православия», и которые увидели в «патриархе» Алексии (страшно сказать) «хранителя канонов» и «великого водителя Церкви». И поспешили «уверовать» в него и подчиниться ему... И конечно принять «советскую церковь»...
        А «советская церковь» есть на самом деле учреждение советского противохристианского, тоталитарного государства, исполняющее его поручения, служащее его целям, не могущее ни свободно судить, ни свободно молиться, ни свободно блюсти тайну исповеди. По истине, только тот, кто все забыл и ничему не научился, может воображать, что тоталитарный коммунизм способен, и склонен чтить тайну исповеди; что священник алексиевской, советской церкви посмеет блюсти эту тайну и, приняв исповедь честного патриота, <…> не довести ее по линии НКВД или МВД... По истине, только тот, кто устал бороться с советскими рабовладельцами и поддался их пропаганде, может думать, что патриарх  Алексей хранит и строит истинное православие. Только тот может считать Алексея хранителем канонов, кто никогда не читал их и не вникал в их глубокий христианский смысл. Этот смысл — прежде всего в свободе от человеческого давления на изволение Духа Святого и во вдохновенном повиновении Его внушениям.
И потому то, что Алексей на самом деле может «хранить», конечно, в пределах угодных и удобных советской политической полиции, — это традиционная внешность исторического Православия, а каноны он уже попрал, взбираясь на запустевший престол Патриарха всея Руси.
…> православие, подчинившееся советам, и ставшее орудием мирового антихристианского соблазна — есть не православие, а соблазнительная ересь антихристианства, облекшаяся в растерзанные ризы исторического Православия»…

[Патриарх], сам порабощенный, — ЗАЧЕМ он силится подмять под себя и поработить вместе с собой еще и зарубежное Православие? Сам принявший компромисс с врагами Христианства и Православия, вынужденный к этому,— ЗАЧЕМ он навязывает этот компромисс нам, которые имеют возможность, слава Богу, не молиться за дьявола и его успехи в мiре. …Откуда эта непреодолимая потребность в иерархическом подчинении, в возможности назначать, предписывать, столь чуждая истинному Православию? Почему это стало вдруг необходимо — лишить зарубежное Православие свободы его молитвенного и церковного дыхания? Православию ли нужно поработить все зарубежные приходы и епархии под низкую руку НКВД, чтобы всюду шныряли, предписывали, шпионили и составляли свои проскрипционные списки его бессовестные и свирепые агенты, эти исчадия зла и позора? Кто же в действительности нуждается в этой нашей зависимости — Православная Церковь или советское правительство?

Тут спросить — значить ответить. Советская церковь осуществляет во всех своих выступлениях  не волю Церкви, а волю советчины. А слепцы и лицемеры спешат ей навстречу <>

Не подлежит, однако никакому сомнению, что будущее Православия определится не компромиссами с антихристом, а именно тем героическим стоянием и исповедничеством, от которого эти … так вызывающе, так предательски отреклись...»…

Свидетельствовал это Иван Александрович об Алексии Симанском, без малого 60 лет назад, а будто пророчествует о сегодняшнем дне, о тех процессах, которые происходят и ожидают нас завтра, о зарубежных иерархах, уже рвущихся подчиниться и уверовать все в ту же «советскую церковь»… Только взамен «большевистской» теперь власть называется «демократической», а «советская церковь» именуется Московской Патриархией, хотя такой же она и осталась…. Каково же ему, мученику и после смерти, плененному против его воли соблазнителями христиан, было взирать с небес на эту «панихиду»?.. Каково же и нам было видеть этих торговцев в храме, нарабатывающих себе капитал на душах усопших героев, — чтобы соблазнить души живых? А потому невозможно отделаться от ощущения грандиозного траги-фарса, обмана, подмены и фальши. Осталось впечатление, что весь фейерверк для этого они и устроили, использовав «белые платочки» и «казачьи папахи» всего лишь в качестве бесплатной массовки, необходимой для прикрытия откровенного глумления…

Нет, явно, не от любви к русской истории все это делалось, потому и вызвало это перезахоронение чувство беспредельной печали. Как писал Иван Александрович, вынеся тем самым свой суровый приговор потомкам комиссаров, устроившим глумливый балаган с перезахоронением, что «настоящая религиозность состоит в том, что человек подходит ко всем вещам, делам и отношениям в жизни, оставаясь, сам в Божием луче, освещая все эти отношения, дела и вещи Божиим лучом и отыскивая во всем  ответный Божий луч. Этот Божий луч есть главное во всем, важнейшее, драгоценнейшее и руководящее; от него все делается значительным, глубоким и священным; без него все оказывается пустым, скудным, мелким, незначительным, ничтожным. Для этой пустоты и скудости, для этой незначительности и немощи русский человек еще сто лет тому назад нашел и установил особое имя и понятие — пошлости. <…>Пошлость вносится в мiр духовно-скудными и религиозно-мертвыми людьми <…> Пошлость проистекает из человеческой слепоты к божественному; она порождает отсутствие благоговения к священному, в различных проявлениях, — начиная от тупого безразличия и кончая лицемерием и кощунством»…


Для русских есть только два критерия — Бог и Царь — соответствием, которым определяется как жизнь частного человека и  общественно значимых фигур, так и политика власти: приближают они к нашим незыблемым национальным ценностям, которые дадут России выбраться из государственного развала и обрести историческое будущее, или уводят в сторону, а то и вовсе все глубже затягивая в кромешные катакомбы плена.

Без Бога, как особенно показало наше бытие за последнее столетие, мы ничего не можем, но в этой борьбе за Россию нам трудно надеяться на большинство нынешнего духовенства и, прежде всего, архиереев. Правда, Господом обещано, что «где двое или трое  собраны во имя Мое, там и Я посреди их» (Мф.,18:20). А если призовем Его имя, то, как Глава Церкви, даст Он нам, — как это и было, с получением автокефалии, в истории нашей Церкви, — Русского епископа-монархиста, который соберет всех верных на Поместном Соборе, где главным будет не указания различных «вышестоящих инстанций» или воля управляемого большинства, а верность Истине, т.е. воистину соборно, через «единство духа в союзе мира» (Еф.,4:20), определит Церковный Собор нашу дальнейшую народную жизнь…  Только через осознание причин нашего падения, через отвержение самости вождизма, отказ от своих корыстных вожделений, через личную жертвенность ради Божьего дела… А затем, как это было в 1613-м году, через собирание Церковью народа земли Русской на Земской Собор, через нашу соборность, через наше общенародное покаяние во грехе отречения от Царя и безбожной жизни, через наш, наконец, молитвенный вопль «потщися, Господи, погибаем!», — откроет Господь нам грядущего православного Царя. «Россия восстанет,<> когда разгорится вера», — говорил Свт. Иоанн Шанхайский. Другого пути к нашему спасению и возрождению России у нас нет. Но Господь уже назначил нам Свои сроки…

Когда Моисей вернулся с горы Синай, где с ним беседовал Господь, держа «в руке <…> две скрижали откровения», на которых «были письмена Божии», он увидел, что пока отсутствовал, народ его развратился, стал поклоняться золотому тельцу, которого отлил первосвященник Аарон. «И приняли они этого тельца, сказав: «вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской! Увидев [сие], Аарон поставил пред ним жертвенник, и провозгласил Аарон, говоря: завтра праздник Господу» <…>  «Когда же он [Моисей] приблизился к стану и увидел тельца и пляски, тогда он воспламенился гневом и бросил из рук своих скрижали и разбил их под горою; и взял тельца, которого они сделали, и сжег его в огне, и стер в прах, и рассыпал по воде, и дал ее пить сынам Израилевым. И сказал Моисей Аарону: что сделал тебе народ сей, что ты ввел его в грех великий?» — Но вместо того, чтобы покаяться за совершенный грех, «Аарон сказал: да не возгорается гнев господина моего; — и свалил на тех, кого он должен был пасти: «ты знаешь этот народ, что он буйный». Моисей увидел, что это народ необузданный, ибо Аарон допустил его до необузданности, к посрамлению пред врагами его. И стал Моисей в воротах стана и сказал: кто Господень, — ко мне! И собрались к нему все сыны Левиины. И он сказал им: так говорит Господь Бог Израилев: возложите каждый свой меч на бедро свое, пройдите по стану от ворот до ворот и обратно, и убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего. И сделали сыны Левиины по слову Моисея: и пало в тот день из народа около трех тысяч человек. Ибо Моисей сказал: сегодня посвятите руки ваши Господу, каждый в сыне своем и брате своем, да ниспошлет Он вам сегодня благословение» (Исх., 32: 4,5, 19-22, 25-29).

Именно царю, верному Богу, которого первоиерарх называет своим господином, открывается Господь и дает Свои заповеди и законы. В отсутствие Царя пало священство, согласившись с богоборчеством, идя на поводу низменных инстинктов народа, предложило ему поклоняться золотому тельцу, подменив идолом Бога Истинного. Развратившись, само, ввело и народ в грех великий, допустив растление нравов, пьянство и языческие оргии. — Как эта Библейская история напоминает наше время! Но эта печальная схожесть вселяет затем и надежду, протягивая лестницу, по которой мы можем выбраться из погибели разврата. —  Ибо пришел Царь, испепелил тельца, и, бросив клич тем, кто сохранил ему верность: «Кто Господень — ко мне!», очистил и землю, и народ свой от тех, кто отступился от веры в Бога и царя.

Просыпаясь после долгого и тяжелого сна, мы начинаем осознавать, что только Православный Царь, как верховная национальная власть, может освободить Россию. Все более отчетливо, отталкиваясь от обратного, от окружающего нас ада, в который кинули Россию нынешние кремлевские управленцы и патриархийцы - «гешефтмахеры», справляющие на нашей крови, по выражению того же генерала Дитерихса, свое «торжество проклятой утопии», мы постигаем непреложную истину, что в образе Самодержавия Бог дал Русскому народу духовный и политический идеал правления нашей страной. Именно ради нашего прозрения Царь-Мученик Николай Александрович принес себя в искупительную жертву. Поэтому жертва Царской Голгофы — это настоящее Торжество Православного Царя, ибо на такой жертвенный подвиг способны были только наши боголюбивые Государи, как первый, так и последний. Взошедшие на крест мученичества, они показали народу, какая праведная власть была дана нам, Русским, которую мы должны были сохранять до крови, до смерти! Но мы должны искупить свой грех, и тогда Богом призванный Царь, по пророчествам Серафима Саровского,  Феофана Полтавского, Анатолия Оптинского, Лаврентия Черниговского и многих других русских святых,  очистит Церковь от нечестивых иерархов, которые, сами, поклонившись тельцу, допустили народ «до необузданности, к посрамлению пред врагами его», и, призвав свое верноподданное христолюбивое воинство — Кто Господень — ко мне! —  вместе с Патриархом, как Святители Алексий, Филарет, Гермоген или  батюшка Иоанн Кронштадтский,  поведет за собой Россию.

Не оставь нас, Господи, в эту лютую годину! Святые Царственные Мученики и весь Собор святых правителей Земли Русской, молите Бога о нас, помогите нам отстоять нашу любимую Родину и освободиться от нечисти, которая попирает нашу веру, уничтожает наш народ и с ненасытностью саранчи пожирает наше государство! С  вашей молитвенной помощью, святые Правители Руси, чью память мы ныне совершаем, мы должны их победить, ибо мы Русские — и с нами Господь Бог Иисус Христос, отныне и вовеки. Ради нас Государь принес великую жертву, мы можем и должны принести ему хотя бы малую — наше покаяние. «Дай нам, Господи, мужества дар», как просим мы в молитве Новомученикам и Исповедникам Российским, соборно покаяться перед нашим Святым Государем! Тогда даст нам Господь и мужества дар очистить от врагов Христа нашу Родину, восстановить престол Самодержавного Царя и возродить Великую Россию. Тогда и воссияет на Святой Руси праздник Торжества  Православной Власти, данной нашему народу от Бога! Аминь.

17/4 июля, День памяти Свв. Царственных Мучеников и Блгв. вел. кн. Андрея Боголюбского —

18/5 октября, Святителей Петра, Алексия, Ионы, Филиппа и Гермогена Московских  и всея России чудотворцев.  2005 г.

                                                                                                                  * * *



The lives of the holy new martyrs and confessors of Russia


Vladimir Moss

Copyright: Vladimir Moss, 2006


Then God committed the Russian land, which before had been pious, to great persecutions of the Faith, that He might bring sinners to their senses and exalt and glorify the faithful through endurance, suffering and death for Christ, revealing a multitude of holy new martyrs.

Service to the Holy Royal Martyrs of Russia, Vespers, "Lord, I have cried".





A. The All-Russian Martyrs.

1. Tsar-Martyr Nicolas II and his family (+1918)

2. Nun-Martyr Grand-Duchess Elizabeth and those with her (+1918)

3. Hieromartyr Tikhon, Patriarch of Moscow and All Russia (+1925)


B. The Martyrs and Confessors of North-Western Russia, Belarus and the Baltic.

1. Hieromartyr Nicon, Archbishop of Vologda (+1917)

2. Hieromartyr Barsonuphius, Bishop of Kirillov and those with him (+1918)

3. Hieromartyr Plato, Bishop of Revel (Tallinn) and those with him (+1919)

4. Hieromartyr Benjamin, Metropolitan of Petrograd and those with him (+1922)

5. Hieroconfessor Barnabas, Archbishop of Archangel (+1924)

6. Hieroconfessor Euthymius, Bishop of Olonets (+1925)

7. Hieromartyr Nicholas, Bishop of Velsk (+1927)

8. Hieromartyr Joseph, Bishop of Valdai (+1927)

9. Hieromartyr Hierotheus, Bishop of Velikij Ustiug (+1928)

10. Hieroconfessor Alexis, Bishop of Kronstadt (+1933)

11. Hieromartyr Nicon, Bishop of Krasnoye Selo (+1933)

12. Hieroconfessor Barsanuphius, Bishop of Nikolsk (+1934)

13. Hieromartyr John, Archbishop of Riga (+1934)

14. Hieromartyr Arsenius, Metropolitan of Novgorod (+1936)

15. Hieromartyr Hilarion, Bishop of Porech (+1937)

16. Hieromartyr Sergius, Bishop of Narva and those with him (+1937)

17. Hieromartyr Basil, Bishop of Kargopol (+1937)

18. Hieromartyr Joseph, Metropolitan of Petrograd and those with him (+1937)

19. Hieroconfessor Gregory, Bishop of Schlisselburg (+1937)

20. Hieromartyr Demetrius, Archbishop of Gdov and those with him (+1938)

21. Hieroconfessor Gabriel, Archbishop of Polotsk and Vitebsk (+1938)

22. Hieromartyr John, Bishop of Narva (+1941)

23. Hieromartyr Bishop Claudius (Savinsky) and those with him (+1942)

24. Hieroconfessor Macarius, Schema-Bishop of Malovishery (+1944)

25. Hieroconfessor Tikhon, Bishop of Kirillov and those with him (+1955)

26. Hieromartyrs and Martyrs of Alexander Svir Monastery (+1918)

27. Hieromartyr Philosoph (Ornatsky) of Petrograd and those with him (+1918)

28. Hieromartyrs and Martyrs of North-Western Russia

29. Hieromartyrs and Martyrs of Solovki

30. Hieromartyrs and Martyrs of Belarus

31. Hieromartyrs and Martyrs of Petrograd Region

32. Hieromartyrs Theodore (Andreyev) of Petrograd (+1929)

33. Hieromartyrs Michael (Cheltsov) and Michael (Tikhomirov) of Petrograd (+1931)

34. Hieromartyr Victorin (Dobronravov) of Petrograd (+1937)

35. Hieromartyr Paul (Levashov) of Gomel (+1937)

36. Hieroconfessor Theodore (Rafanovsky) of Khymy (+1975)

37. Hieromartyrs Ishmael and Michael (Rozhdestvensky) of Petrograd (+1937, 1988)

38. Nun-Martyr Maria of Gatchina and those with her (+1930)

39. Nun-Martyr Agatha of Belarus (+1939)

40. Martyr Counts George (Mengden) and Paul (Grabbe)


C. The Martyrs and Confessors of Central Russia.

1. Hieromartyr Macarius, Bishop of Orel (+1918)

2. Hieromartyr Isidore, Bishop of Mikhailov (+1918)

3. Hieromartyr Metrophanes of Mikhailov (+1919)

4. Hieroconfessor Joasaph, Archbishop of Krutitsa (+1920)

5. Hieromartyr Philaret, Bishop of Kostroma (+1922)

6. Hieroconfessor Basil, Bishop of Suzdal (+1924)

7. Hieroconfessor Nicholas, Bishop of Vyazniki (+1928)

8. Hieroconfessor Agathangelus, Metropolitan of Yaroslavl (+1928)

9. Hieroconfessor Nicholas, Bishop of Kineshma and those with him (+1931)

10. Hieromartyr Maximus, Bishop of Serpukhov and those with him (1931)

11. Hieroconfessor Benjamin, Bishop of Rybinsk (+1932)

12. Hieromartyr Plato, Bishop of Bogorodsk (+1933)

13. Hieroconfessor Job, Bishop of Mster (+1933)

14. Hieroconfessor Ambrose, Bishop of Mster (+1933)

15. Hieromartyr Seraphim, Archbishop of Uglich (+1935)

16. Hieromartyr Seraphim, Bishop of Dimitrov and those with him (+1937)

17. Hieromartyr Arsenius, Bishop of Serpukhov and those with him (+1937)

18. Hieromartyr Peter, Metropolitan of Krutitsa (+1937)

19. Hieromartyr Nicholas, Archbishop of Vladimir and those with him (+1937)

20. Hieromartyr Theodore, Archbishop of Volokolamsk and those with him (+1937)

21. Hieromartyr Eugene, Bishop of Rostov (+1937)

22. Hieromartyr Bishop Lazarus (Lyubimov) (+1937)

23. Hieromartyr Augustine, Bishop of Ivanovo-Voznesensk (+1937)

24. Hieromartyr Varus, Bishop of Lipetsk and those with him (+1938)

25. Hieromartyr Mark, Bishop of Sergiev Posad (+1938)

26. Hieromartyr Ignatius, Bishop of Belev (+1938)

27. Hieromartyr Gabriel, Bishop of Klin (+1941)

28. Hieroconfessor Basil, Bishop of Kineshma and those with him (+1945)

29. Hieroconfessor Bishop Vladimir (Abramov) (+1987)

30. Hieromartyr John (Vostorgov) and those with him (+1918)

31. Hieromartyrs and Martyrs of Yaroslavl and Rostov

32. Hieroconfessor Anatolius of Optina (+1922)

33. Hieromartyrs and Martyrs of Kostroma and Kineshma

34. Hieromartyrs and Martyrs of Vladimir and Ivanovo

35. Hieromartyrs and Martyrs of Smolensk, Orel, Bryansk, Tula and Ryazan

36. Hieromartyrs and Martyrs of Tver

37. Hieromartyrs and Martyrs of Moscow region

38. Hieromartyrs Elijah and Peter of Moscow (+1934)

39. Hieromartyr Simeon (Kholmogorov) of Moscow (+1937)

40. Hieromartyrs Vladimir and Vladimir of Moscow and those with them (+1937)

41. Hieromartyr Sergius (Mechiev) of Moscow (+1941)

42. Hieromartyrs and Martyrs of Optina

43. Confessor Schema-Abbess Joanna of Suzdal and those with her (+1999)

44. Martyr Ivan Popov (+1936)

45. Confessors Sergius and Helen Nilus and those with them

46. Martyr Anna of Moscow (+1937)


D. The Martyrs and Confessors of Southern Russia and the Ukraine.

1. Hieromartyr Vladimir, Metropolitan of Kiev (+1918)

             2. Hieromartyr Nicodemus, Bishop of Belgorod and those with him (+1918)

3. Hieromartyr Dionysius, Bishop of Izmail (+1918)

4. Hieromartyr Basil, Archbishop of Chernigov and those with him (+1919)

            5. Hieromartyr Tikhon, Archbishop of Voronezh and those with him (+1919)

6. Hieromartyr Peter, Archbishop of Voronezh and those with him (+1929)

7. Hieromartyr Basil, Bishop of Priluki and those with him (+1930)

8. Hieromartyr Agathangelus, Archbishop of Ekaterinoslav (+1932)

9. Hieroconfessor Ambrose, Bishop of Podolsk (+1934)

10. Hieromartyr Macarius, Archbishop of Ekaterinoslav (Dnepropetrovsk) and those with him (+1937)

11. Hieromartyr Athanasius, Bishop of Svirsk and Berdichev

12. Hieromartyr Paul, Bishop of Starobela

13. Hieroconfessor Alexis, Bishop of Rylsk (+1936)

14. Hieromartyr Procopius, Archbishop of Kherson (+1937)

15. Hieromartyr Alexis, Bishop of Voronezh and those with him (+1937)

16. Hieromartyr Pachomius, Archbishop of Chernigov (+1937), Pancratius, Bishop of Belgorod (+1943) and those with them

17. Hieromartyr Joasaph of Bakhmut and Donetsk and those with him (+1937)

18. Hieromartyr Damascene, Bishop of Glukhov (+1937)

19. Hieromartyr Arcadius, Bishop of Lubny

20. Hieromartyr Parthenius, Bishop of Ananiev and those with him (+1938)

21. Hieroconfessor Anthony, Schema-Archbishop of Tauris (+1942)

22. Metropolitan Alexis of Rovno and Bishop Manuel of Belotserkov’ and those with them (+1943)

23. Hieromartyr Abercius, Archbishop of Zhitomir (+1945)

24. Hieroconfessor Gabriel, Bishop of Akkerman

25. Hieroconfessor Archbishop Anthony (Galynsky-Mikhailovsky) and those with him(+1976)

26. Hieromartyrs Nicholas and John of Verkhniye Marki (+1918)

27. Hieromartyr James of Plotava and those with him (+1918)

28. Hieromartyrs and Martyrs of Kursk, Kharkov, Poltava, Chernigov and Belgorod regions

29. Hieromartyrs and Martyrs of the Black Sea region

30. Hieroconfessor Jonah (Atamansky) of Odessa (+1924)

31. Hieromartyrs and Martyrs of Ekaterinoslav (Dnepropetrovsk) and Elisavettgrad regions

32. Hieromartyr Barsanuphius of Alexandria

33. Hieromartyrs and Martyrs of Kiev Province

34. Hieromartyrs Stephen, Arsenius and George of Vaknovka (+1929)

35. Hieromartyr Metrophanes of Kalach (+1930)

36. Hieromartyr Nicholas of Buturlinovka (+1930s)

37. Hieromartyr Anatolius of Kiev and those with him (+1939)

38. Abbess-Confessor Sophia of Kiev and those with her (+1941)

39. Hieroconfessor Nicholas of Kharkov (+1943)

40. Hieroconfessors Michael and Michaela of Kiev (+1945)

41. Hieroconfessor Pantaleimon of Olchinki

42. Hieroconfessor Nicetas of Kharkov (+1985)

43. Martyrs of Makashevka

44. Confessor Michael of Alexandria

45. Confessor Pelagia of Berezovo (+1990)


E. The Martyrs and Confessors of Eastern Russia and the Caucasus.

1. Hieromartyr Joachim, Archbishop of Nizhni-Novgorod (+1918)

2. Hieromartyr Laurence, Bishop of Balakhna and those with him (+1918)

3. Hieromartyr Ambrose, Bishop of Sarapul (+1918)

4. Hieromartyr Herman, Bishop of Volsk (+1918 or 1919)

5. Hieromartyr Metrophanes, Archbishop of Astrakhan and those with him (+1919)

6. Hieromartyr Leontius, bishop of Astrakhan and those with him (+1919)

7. Hieromartyr Barlaam, Bishop of Maikop and those with him (+1930)

8. Hieromartyr Sergius, Bishop of Buzuluk and those with him (+1930)

9. Hieroconfessor Stephen, Bishop of Izhevsk and those with him (+1933)

10. Hieromartyr Victor, archbishop of Vyatka (+1934)

11. Hieroconfessor Sinesius, Bishop of Izhevsk (+1937)

12. Hieromartyr Nectarius, Bishop of Yaransk and those with him (+1937)

13. Hieromartyr Cyril, Metropolitan of Kazan (+1937)

14. Hieromartyr Herman, Bishop of Vyazniki and those with him (+1937)

15. Hieromartyr Joasaph, Bishop of Chistopol and those with him (+1937)

16. Hieromartyr Raphael, Bishop of Alexandrovsk (+1937)

17. Hieromartyr Innocent, Bishop of Yeisk (+1938)

18. Hieromartyr Nicholas, Bishop of Aktar and those with him (+1940)

19. Hieroconfessor Paul, Bishop of Kotelnichi (+1940)

20. Hieromartyr Zenobius, Archbishop of Tambov (+1940s)

21. Hieroconfessor Peter, Schema-Bishop of Nizhegorod and those with him (+1957)

22. Hieroconfessor Barnabas, Bishop of Vasilsursk (+1963)

23. Hieromartyr Michael, Bishop of Chistopol (+1974)

24. Hieroconfessor Gennadius (Sekach) (+1987)

25. Hieromartyrs and Martyrs of Nizni-Novgorod and Vyatka provinces

26. Hieromartyrs and Martyrs of Kazan province

27. Hieromartyrs and Martyrs of Raithu monastery and those with them (+1930)

28. Hieromartyrs and Martyrs of Penza and Tambov provinces

29. Hieromartyrs and Martyrs of the Volga provinces

30. Hieromartyrs and Martyrs of the Don, Kuban and Stavropol provinces

31. Hieromartyrs and Martyrs of the Caucasus Mountains

32. Hieromartyrs and Martyrs of Sarov and Diveyevo monasteries

33. Hieroconfessor Theodosius of Minvody (+1948)

34. Hieroconfessors Basil, Pimen and Alexis of Krasnodar (+1960s)

35. Hieroconfessor Nicetas of Vyatka and those with him (+1974)

36. Confessor-Abbess Agnia of Vasilsursk (+1953)

37. Nun-Martyr Eudocia and those with her (+1919)

38. Martyr Maximus of Salsk and those with him

39. Confessor Helen of the Caucasus (+1977)

40. Confessor Varenka of Sergach (+1980)


F. The Martyrs and Confessors of the Urals, Siberia and Central Asia.

1. Hieromartyr Hermogenes, Bishop of Tobolsk and those with him (+1918)

2. Hieromartyr Ephraim, Bishop of Selenginsk (+1918)

3. Hieromartyr Pimen, Bishop of Alma-Ata and those with him (+1918)

4. Hieromartyr Andronicus, Archbishop of Perm and those with him (+1918)

5. Hieromartyr Theophanes, Bishop of Solikamsk (+1918)

6. Hieromartyr Sylvester, Archbishop of Omsk and those with him (+1920)

7. Hieromartyr Methodius, Bishop of Petropavlovsk and those with him (+1921)

8. Hieromartyr Simon, Bishop of Ufa (+1921)

9. Hieroconfessor James, Metropolitan of Tomsk (+1922)

10. Hieromartyr Mark, Bishop of Vladivostok

11. Hieromartyr Job, Bishop of Ufa (+1935)

12. Mark, Bishop of Sterlitamak (+1935)

13. Hieroconfessor Habbakuk, Bishop of Old Ufa (+1936)

14. Hieromartyr Andrew, Archbishop of Ufa (+1937)

15. Hieromartyr Nicetas, Bishop of Nizhne-Tagilsk (+1937)

16. Hieromartyr Anthony, Bishop of Ust-Katavsky (+1937)

17. Hieromartyr Rufinus, Bishop of Satkinsk (+1937)

18. Hieromartyr Gurias, Archbishop of Irkutsk (+1938)

19. Hieromartyr Bassian, Bishop of Solikamsk (+1938)

20. Hieromartyr Alypius, Bishop of Okhtensk (+1942)

21. Hieromartyr Barlaam, Archbishop of Perm (+1942)

22. Hieroconfessor Amphilochius, Bishop of Krasnoyarsk (+1946)

23. Hieromartyr Daniel, Bishop of Kirensk (+1950s)

24. Hieroconfessor Benjamin, Bishop of Aksinsk and those with him (+1959)

25. Hieromartyr Benjamin, Bishop of Sterlitamak and those with him (+1963)

26. Hierconfessor Bishop Seraphim (Pozdeyev) (+1971)

27. Hieroconfessor Dometian, Schema-Bishop of Tyumen (+1970s)

28. Hieroconfessor Theodosius (Bakhmetev) and those with him (+1986)

29. Hieromartyrs and Martyrs of Perm Province

30. Hieromartyrs and Martyrs of Ufa and Orenburg

31. Hieromartyrs and Martyrs of Northern Siberia

32. Hieromartyrs and Martyrs of Western Siberia

33. Hieromartyrs and Martyrs of Eastern Siberia

34. Hieromartyrs and Martyrs of Central Asia

35. Hieromartyrs of the Kachug-Nizne-Udinsk taiga (+1933)

36. Hieromartyr Timothy of Mikhailovka (+1918, 1930)

37. Hieroconfessor Alexander of Omsk (+1977)

38. Martyr Duniushka of Ussuruisk and those with her (+1918)

39. Martyr Maria (+1920)

40. Martyr James of the Altai (+1991)


G. Others.

1. Gennadius, Bishop of Pskov (+1922)

2. Nazarius, Metropolitan of Kutaisi (+1924)

3. Agapetus, Archbishop of Ekaterinoslav (+1925)

4. Nicodemus, Bishop of Demyansk

5. Ambrose, Catholicos-Patriarch of Georgia (+1927)

6. Macarius, Bishop of Cherepovetsk (+1927?)

7. Niphon, Bishop of Vladivostok (+1928?)

8. Benjamin, Bishop of Roslavl (+1928)

9. Job (Veselov), Bishop of Ufa (1928?)

10. Michael, Bishop of Arzamas (1928?)

11. Joachim, Archbishop of Ulyanovsk (+1929)

12. Micah, Bishop of Ufa (+1929) and those with him

13. Hilarion, Archbishop of Verey (+1929)

14. Theodosius, Bishop of Kolomna (+1929)

15. Chrysanthus, Bishop of Solikamsk (+1930)

16. Anthony, Archbishop of Archangelsk (+1932)

17. Trophimus, Bishop of Syzran (+1932)

18. Nathanael, Metropolitan of Kharkov (+1933)

19. Cornelius, Archbishop of Sverdlovsk (+1933)

20. Sergius, Bishop of Lyubimsk (+1934)

21. Barsanuphius, Bishop of Nikolsk (+1934)

22. Sergius, Bishop of Novorossiysk (+1934)

23. John, Schema-Bishop of Novorossiysk (+1935)

24. Philip, Bishop of Zvenigorod and those with him (+1934 or 1936)

25. Alexander, Bishop of Kharkov (+1936)

26. Theopemptus, Bishop of Makariev (+1930s)

27. Maximus, Bishop of Volhynia (+1937)

28. Gregory, Bishop of Barnaul (+1937)

29. Abraham, Bishop of Syzran (+1937)

30. Stefan, Bishop of Bugurslan (+1937)

31. Leo, Bishop of Nizhne-Tagilsk (+1937)

32. Sergius, Bishop of Melitopol (+1937)

33. Peter, Bishop of Syzran (+1937)

34. Dositheus, Bishop of Birsk (+1937?)

35. Barsanuphius, Bishop of Vladivostok

36. Bishop George (Bukin) (+1938)

37. Juvenal, Archbishop of Ryazan (+1938)

38. George, Bishop of Nolinsk (+1938)

39. Anatolius, Metropolitan of Odessa and those with him (+1938)

40. Onuphrius, Bishop of Elizavetgrad and those with him (+1938)

41. Jonah, Bishop of Veliga (+1938)

42. Bishop Simon (Rakhmanov) (+1942)

43. John, Bishop of Pskov (+1945)

44. Bishop Melladius (+1952)

45. Sergius, Bishop of Krasnokholm (+1955)

46. Herman, Bishop of Mamadysh (+1959)

47. Nicetas, Bishop of Kzyl-Orde (+1960)

48. Bishop Alexis (Proshin) (+1960s?)

49. Romanus, Bishop of Ingermann (+1964)

50. John, Bishop of Zaraisk (+1970)

51. Modestus, Bishop of Vitegorskiye (+1971)

52. Gabriel, Bishop of Chimkent (+1971)

53. Vladimir, Bishop of Ufa (+1981)

54. Mercurius, Bishop of Satkinsk (+1984)

55. Schema-Bishop Theodosius of Abakan (+1984)

56. Amphilochius, Bishop of Tyumen (+1994)

57. Gurias, Bishop of Kazan (+1995)

58. Hieroschemamonk Alexis (Soloviev) (+1928)

59. Archpriest Valentine (Sventitsky) of Moscow (+1931)

60. Priests of Rostov (+1932)

61. Priests and Nuns of Petrograd (+1932-1936)

62. Priests and Laymen of Dzerzhinsk (+1937)

63. Priest Nicephorus of Senkivka (+1938)

64. Protopriest Metrophanes of the Martha-Mary Convent (+1948)

65. Hieroschemamonk Basil (von Ronne) (+1986)

66. Hieromonk Nicephorus (von Richter-Mellin) (+1983)

67. Nun Paraskeva of Dmitrov

68. Laymen of Mashuk (+1941)

69. Laymen of Yelets

                                                                                       * * *


1)  On November 1st of this year, the Orthodox world will  commemorate the 25th anniversary of the Glorification of the New Martyrs of Russia. "With the appearance and consolidation of God-fighting Communism in Russia, there began a persecution of  faith unheard of in its cruelty and broad scale. As one Church writer has defined it, Orthodox Russia was on Golgotha, and the Russian Church on the Cross ....The Russian Church and people have given an uncounted multitude of cases of the martyric endurance of persecutions and death for faith in Christ...not merely hundreds or thousands, but millions of sufferers for faith--an unheard of and shocking phenomenon!" (from the epistle of blessed Metropolitan Philaret "Orthodox Russia" 6/14/81) (for the full epistle see http://www.roca.org/OA/11/11d.htm)

Dr. Vladimir Eduardovich Moss' present work was begun in 1993, with the goal of cataloging as many of lives of these New Martyrs as possible from every region of Russia. It has been through numerous  revisions as new information and sources have either added to or confirmed previous material. Several of the lives have been printed over the years in various publications of the Russian Church Abroad. In 1999, the compiler Dr. Vladimir E. Moss gave the rights and materials to Monastery Press with the hope of seeing the entire work (which at present exceeds 6000 pages) published as a whole. During the entire process of getting this work to print the compiler has been sending updated information. Indeed, even in the last week of pre-press work, information was coming in... the result is the most complete and up-to-date collection in any language of the lives of the New Martyrs of Russia. As one reviewer has stated to the literary announcement lists: 

The author, distinguished Orthodox Church historian Dr. Vladimir Eduardovich Moss, assembled this account of Russia's new martyrs from primary sources including interviews with relatives and acquaintances of the martyrs, and from the martyrs' own conversations and writings. Much of this material has never been published in English or Russian before.

The result is a moving and highly readable work that represents an historic event in the documentation of Orthodox Church history and the history of 20th-century Russia. The text includes an extensive introduction and explanatory footnotes for the benefit of readers who may not be intimately familiar with the historical background of the new martyrs' stories.

For scholars, an especially valuable element of The Russian Golgotha is the extensive bibliography, which provides a much needed listing of resources for research on the new martyrs and on Orthodox Christianity in Russia during the Soviet years. This new history book is a valuable source of knowledge for all Orthodox people and we hope that a Russian translation will soon be made.

THE BLESSED METROPOLITAN ANTHONY MEMORIAL SOCIETY RECOMMENDS The Russian Golgotha, this  new history from Monastery Press,  (hardbound illustrated, 536 pages).  To order your first volume please visit:  http://www.monasterypress.com/russiangolgotha.html

* * *



Мы слышим от духовенства о том, что христиане согласно заповеди Христа,  должны прощать своим врагам. Нам указывают  на то, что теперь уже время четвертого поколения,  со времени ухода эмиграции из России,   и там произошли большие изменения. Об изменениях в России,  наши отцы и матери,  слыхали после второй мировой войны и, поверивши в них, десятками тысяч из Европы и Китая ринулись в СССР. Но,  обещания правительства так и МП оказались ложными.  Многие из вернувшихся “домой” попали в концлагеря, а некоторые поплатились жизнью.

Ни кому не известно будущее,  и возможно, что коммунистическая мафия, каким либо образом опять полностью захватит власть в РФ. Сейчас,  несмотря на кажущиеся изменения в правительстве,  много бывших партийных членов и сотрудников городского, районного, областного и республик указывают на свою принадлежность к иным партиям. Но,  свои навыки и практику,  они  получили в рядах коммунистической партии,  и можно ли им доверять в будущем, что они будут вести себя демократично, без свойственного им как в прошлом  насилия? Коммунизм является международным злом, и коммунисты преступники! Это уже осознали все народы мира.  Поэтому  к ним должен быть применен “меч” как к убийцам, ворам и злодеям.

Руководство МП и правительство РФ,  не раз призывало людей забыть и простить все чудовищные преступления большевиков.  Они мотивируют свои призывы, как гуманитарными настроениями, так и хри­стианской моралью. Некоторые из этих “учителей любви” руководствуются христиан­скими и политическими причинами. Нас касаются обе причины.

Коммунисты у каждого здравомыслящего человека,  вызывают ужас, негодование и ненависть,  а у каждого христианина мнение как на богоборцев.   Следовательно, мы должны стремиться к тому, чтобы окончательно истребить даже воспоминание об атеистиче­ском и  человеконенавистническом марксистском учении коммунизма уже обманувшего в прошлом народ. Преступная коммунистическая партия в РФ  должна быть запрещена,  как была запрещена нацистская в современной  Германии. На Родине не должны стоять памятники палачам народа! Там не должны быть музеи прославляющие достижения партии. Не должны красоваться красные звезды и награждаться ими духовные и светские лица.

Согласно христианскому учению,  коммунисты, безусловно, должны понести заслуженное наказание за жестокости. Имущество и банковские счета партии,  должны были  быть национализированы и использованы на помощь нуждающемуся населению Родины. Слова Спасителя о любви к ближним и врагам, о прощении,  нельзя распростра­нять на коммунизм. Карл Маркс и коммунисты,  были не только атеистами, но они активно выступали против Бога. Всякий грех прощается, кроме хулы на Свя­того Духа: “если же кто скажет на Духа Святого, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем”. (Мат. 12, 32)

И вот,  как раз под эту рубрику подпадают коммунисты, будучи врагами, не только русского народа, но Бога. В течение десятилетий,  они уничтожали духовенство и верующих, разрушали храмы, уверяли народ, что Бога нет. Когда Советской власти грозила опасность во время второй мировой войны,  то Советское правительство,  призвало в Кремль Митрополита Сергия, назначив его в “Патриархи” и допустило временное открытие в России храмов. С изменением правитель­ства в РФ,  теперь тоже во многих местах открылись храмы, восстанавливаются и строятся другие. Этим,  отвлекается внимание народа,  уверовавшего, что опасность со стороны коммунизма прошла. Но,  храмы и церковное имущество,  теперь, как и прежде,  принадлежит государству, которое может его забрать для своих целей. В случае же заключения “унии” РПЦЗ с МП, зарубежным верующим,  придется  судиться, как это было в Америке в начале прошлого столетия? На Родине достаточно сейчас примеров тому, что “митрополитбюро”  не защищает православных верующих и не интересуется миссионерством.

Если мы признаем возмездие за совершенные проступки на земле, то говорить о прощении коммунистов, заливших мир кровью, уничтоживших русскую интеллигенцию,  с дьявольской жестокостью истязавших духовенство – то говорить о прощении их, было бы несправедливо по отношению к жертвам.  

Но все же,  нельзя говорить бесконечно о мести. Месть подвержена страстям и ослеплению. В будущем коммунистов ожидает возмездие от Бога, т.е. справедливый, беспристрастный суд, за то, что они совершили. Они призывали во всем мире к беспорядкам и  поднятию оружия против правительств. Они взяли меч и от меча они должны погибнуть, что посеяли, то должны и пожать.

Но какое должно быть им наказание и от кого? В РФ должны были быть проведены народные суды над бывшими правительственными чиновниками, а Духовный Суд должен рассмотреть  лиц за­нимавших и занимающих руководство в МП. Они были подобраны  в МП атеистической властью, которая контролировала их деятельностью. Будучи назначены на свои места в Церкви,  они возможно даже были атеистами,  или канонически не подходящими для духовного звания и тем более как архипастыри. Некоторые, из них начиная с советского “патриарха” Сергия,  даже со­действовали коммунизму в преследованиях других пастырей и верующих, занимались доносами и были предателями Православия. Они стали предателями Церкви и заслужили самое строгое наказание.  Если Суд найдет их виновными, то эти иуды в рясах, митрах и белых клобуках должны быть посланы по монастырям на покаяние. Только с их удалением возможен мир и единство в Русской Православной Церкви. Для РПЦЗ не допустим, какой либо с ними диалог, который при­вел бы к компромиссам, а в духовной области компромиссы не приближают к Истине.  

РПЦЗ всегда считала себя частью Всероссийской Церковью и не отделялась от народа. Сердца и помыслы русских заграницей всегда были со страдающим на Родине народом и духовенством, но не с теми, кто были назначены на свои должности КГБ,  теми, кто не знал голода и разъезжал по обоим  столицам в лимузинах, отправлялся за границу с политическими заданиями правитель­ства. Наши сердца и помыслы не с теми, кто имел свои дачи, вход в специальные продуктовые и другие магазины и об­служивался кремлевскими докторами.  

Что делать с духовенством, которое состояло в коммунистической партии?  С этими людьми у русского народа, как на Родине, так и за границей нет ничего общего.  Даже может быть вопрос – имеется ли на них Христова Благодать? И если они себя запятнали, то Духовный Суд должен решит,  оставить ли их  в служении Церкви?  Может быть, их следует опять рукоположить или хиротонисать?

Справедливое возмездие коммунистам должно быть решено перед судом всего русского на­рода, и этот суд будет тогда “гласом Божиим”.

Спаситель молился о прощении Своих истязателей, но ведь они “не знали, что делали”. О Иуде Христос не молился, а сказал, что ему лучше было бы,  не родится. Большевики, как Иуда, знали, что они делали, тем более те из них,  кто был в рясе. Они знали прекрасно, что и зачем они делали. Иуда, осознав свой грех, повесился, а назначенное КГБ духовенство как видно и не соби­рается ни каяться, ни вешаться.

Кто должен быть судим и наказан? Конечно не семьи преступников.  Те, кто выступают за всепрощение, похожи в своем мнении с непротивленческим учением. Борьба со злом, заповедана Богом, ибо “что общего у света с тьмой”, “праведности с беззаконием”?  Мы должны согласно учению Христову,  бороться с коммунизмом как представителем зла. Мы должны их карать, по­тому, что слово Божие нас учит  “покоряйтесь Богу, противостаньте диаволу” (Иак.4, 7) и “лице Господне против делающих зло, чтобы истребить их с земли” (1 Петр. 3,12).

Святые Отцы,  не говорили о всепрощении явным преступникам,  и ссылка поборников мира на Св. Николая,  про­сившего помиловать осужденного - к коммунистам не подходит. Святые советовали, чтобы преступники должны быть наказаны, и они сами обращались в гражданские суды для наказания нарушителей церковного и общественного благочиния.

Для православных верующих самым большим наказанием было отлучение от Церкви, лишение права Св. Причастия за преступления против христианской нравственности (убийство, гомосексуализм и т.д.) Св. Церковь создала определенные правила, по которым ясно за что и на сколько лет отлучать от Св. Причастия.

Итак, с Православной точки зрения нет абсолютно никаких оснований для того,  чтобы прощать коммунистов и их попутчиков, одетых в рясы. Ссылки на милосердие неуместно к тем, кто сам не имел милосердия к другим “суд без милости, не сотворившему милости”.

Митрополитбюро МП не является законной церковной властью как неканоническое сборище, распоряжающееся от имени Церкви. Только соборно может быть избран Патриарх, Совет и Церковное Управление. До тех пор пока это не произойдет, подчинение верующих МП,  является грехом. Так считали многочисленные Новомученики Российские, за что шли на муки и смерть. Теперь духовенство и верующие Зарубежной Руси,  оказавшиеся без духовного руководства в виду соглашения Архиереев и некоторых духовных подчиниться  МП, должны решить,  будут ли они со Христом или со слугами антихриста? Будут ли они молиться на иконы тех, кто преследовал Церковь на Родине?


ВЕРНОСТЬ (FIDELITY)  Церковно-общественное издание    

   “Общества Ревнителей Памяти Блаженнейшего Митрополита Антония (Храповицкого)”.

      Председатель “Общества” и главный редактор: проф. Г.М. Солдатов

      President of The Blessed Metropolitan Anthony (Khrapovitsky) Memorial Society and  Editor in-Chief: Prof. G.M. Soldatow

     Сноситься с редакцией можно по е-почте:  GeorgeSoldatow@Yahoo.com  или 

      The Metropolitan Anthony Society,  3217-32nd Ave. NE, St. Anthony Village,  MN 55418, USA

      Secretary/Treasurer: Mr. Valentin  Wladimirovich Scheglovski, P.O. BOX 27658, Golden Valley, MN 55427-0658, USA

      Список членов Правления Общества и Представителей находится на главной странице под: Contact

      To see the Board of Directors and Representatives of the Society , go to www.metanthonymemorial.org and click on  Contact

      Please send your membership application to: Просьба посылать заявления о вступлении в Общество:  

      Treasurer/ Казначей: Mr. Valentin  Wladimirovich Scheglovski, P.O. BOX 27658, Golden Valley, MN 55427-0658, USA

      При перепечатке ссылка на “Верность” ОБЯЗАТЕЛЬНА © FIDELITY    

     Пожалуйста, присылайте ваши материалы. Не принятые к печати материалы не возвращаются. 

 Нам необходимо найти людей желающих делать для Верности переводы  с русского  на  английский,  испанский, французский,  немецкий   и  португальский  языки.  

Мнения авторов не обязательно выражают мнение редакции.   Редакция оставляет за собой право  редактировать, сокращать публикуемые материалы.   Мы нуждаемся в вашей духовной и финансовой  поддержке.     

Any view, claim, or opinion contained in an article are those of its author and do not necessarily represent those of the Blessed Metr. Anthony Memorial Society or the editorial board of its publication, “Fidelity.”



По-прежнему ведет свою деятельность и продолжает издавать электронный вестник «Верность» исключительно за счет членских взносов и пожертвований единомышленников по борьбе против присоединения РПЦЗ к псевдоцеркви--Московской Патриархии. Мы обращаемся кo всем сочувствующим с предложением записаться в члены «Общества» или сделать пожертвование, а уже ставшим членам «Общества» напоминаем o возобновлении своих членских взносов за  2006 год. 

Секретарь-казначей «Общества»   В.В. Щегловский

The Blessed Metropolitan Anthony Society published in the past, and will continue to publish the reasons why we can not accept at the present time a "unia" with the MP. Other publications are doing the same, for example the Russian language newspaper "Nasha Strana" www.nashastrana.info (N.L. Kasanzew, Ed.)  and on the Internet "Sapadno-Evropeyskyy Viestnik" www.karlovtchanin.com  ( Rev.Protodeacon Dr. Herman-Ivanoff Trinadtzaty, Ed.). There is a considerably large group of supporters against a union with the MP; and our Society  has representatives in many countries around the world including the RF and the Ukraine. We are grateful for the correspondence and donations from many people that arrive daily.  With this support, we can continue to demand that the Church leadership follow  the Holy Canons and Teachings of the Orthodox Church. 







     Желаю вступить в члены общества. Мой годовой членский взнос в размере $ 25

с семьи прилагаю. Учащиеся платят $ 10. Сумма членского взноса относится только к жителям США, Канады и Австралии, остальные платят сколько могут.

  (Более крупные суммы на почтовые, типографские и другие расходы принимаются с благодарностью.)

     I wish to join the Society and am enclosing the annual membership dues in the amount of $25 per family. Students  

       pay $ 10. The amount of annual dues is only for those in US, Canada and Australia. Others pay as much as they can afford.

(Larger amounts for postage, typographical and other expenses will be greatly appreciated)


ИМЯ  - ОТЧЕСТВО - ФАМИЛИЯ _______________________________________________________________

NAME—PATRONYMIC (if any)—LAST NAME  _______________________________________________________

   АДРЕС И ТЕЛЕФОН:___________________________________________________________________________

   ADDRESS & TELEPHONE  ____________________________________________________________________________

Если Вы прихожан/ин/ка РПЦЗ или просто посещаете там церковь, то согласны ли Вы быть Представителем Общества в Вашем приходе? В таком случае, пожалуйста укажите ниже название и место прихода.


If you are a parishioner of ROCA/ROCOR or just attend church there, would you agree to become a Representative of the Society in your parish? In that case, please give the name and the location of the parish:


   ПОЖАЛУЙСТА ВЫПИШИТЕ ЧЕК НА:                                  Mr. Valentin W. Scheglowski

   С ПОМЕТКОЙ:                                                                                           FOR TBMAMS

  И ПОШЛИТЕ ПО СЛЕДУЮЩЕМУ АДРЕСУ:                                        P.O. BOX 27658

  CHK WITH NOTATION:                                            Golden Valley, MN 55427-0658, USA


_________________________________________________________________________                __________


Если Вы знаете кого-то, кто бы пожелал вступить в наши члены, пожалуйста сообщите ему/ей наш адрес и условия вступления.

If you know someone who would be interested in joining our Society, please let him/her know our address and conditions of  membership. You must be Eastern Orthodox to join.